Она более чем выполнила свою задачу. Он потерял себя в ней, и она на какое-то время заглушила шок и боль, но теперь ему нужна была ясная голова и ничто уже не отвлекало. Он вспомнил эту ночь, и она его очень будоражила, ему было бы трудно отправить ее восвояси самому. Это хорошо, что она избавила его от лишних усилий.

* * *

Карим был не таким, как предполагал Рашид. Он представлял себе человека по имени визирь маленьким, жилистым и проницательным. Но человек, с которым адвокат познакомил его в своей библиотеке из темного дерева, был высоким, добродушным гигантом неопределенного возраста, которому могло быть от пятидесяти до восьмидесяти. Он выглядел мудрым человеком, совершенно непринужденно в своих сандалиях и мантиях среди города, полного мужчин в костюмах и галстуках.

Карим поклонился, когда его представили Рашиду, его глаза расширились.

— Ты действительно сын своего отца.

Дрожь прошла по позвоночнику Рашида.

— Вы знали моего отца?

Пожилой мужчина кивнул.

— Знал, хотя в последнее время наши отношения были редкими. Я и тебя знал младенцем. Приятно снова встретиться с тобой после стольких лет.

Затем адвокат извинился, оставив двух мужчин поговорить наедине.

— Зачем вы здесь? — Спросил Рашид, не тратя времени на то, чтобы перейти к делу. — Зачем просили о встрече?

— Смерть твоего отца поднимает вопросы, о которых ты должен знать, даже если я боюсь, что они могут показаться тебе неприятными."

"Рашид вздохнул. Его тошнило от всех этих загадок, но сегодня он был не ближе к тому, чтобы поверить, что этот человек, о котором они говорили, на самом деле был его отцом, чем когда адвокат вчера сбросил эту конкретную бомбу.

— Вам придется приложить больше усилий, если вы хотите убедить меня. Мой отец умер, когда я был совсем ребенком.

— Это то, во что твой отец хотел, чтобы ты верил, — сказал пожилой мужчина.

— Хотел, чтобы я верил?

— Я понимаю твоё замешательство, — уступил визирь, его большие руки поднялись в знак капитуляции. — Правильнее было бы сказать, что он хотел, чтобы весь мир поверил, что он мертв. Я не хотел, чтобы у тебя создалось впечатление, что он выделяет тебя из толпы.

Рашид фыркнул. Это должно было быть какой-то компенсацией?

— А моя мать? — рявкнул он, прежде чем другой мужчина смог продолжить. — Что с ней? Неужели она точно так же живет веселой жизнью где-то в другом уголке мира, бросив свои материнские обязанности на произвол судьбы?

Визирь покачал головой.

— Мне жаль, что я не могу сказать тебе, что она жива, но, к сожалению, нет, твоя мать умерла, когда ты был в младенчестве, как ты, без сомнения, знаешь. Мне очень жаль, — сказал он. — Я знаю, это должно быть трудно для тебя, но это еще не все, как и многое другое.

Рашид отмахнулся от угрозы этих слов.