Ей было невыносимо трудно находиться в одной комнате с этим человеком. Ее борьба с ним была похожа на борьбу с собственным отражением в зеркале.

– Я не могу тебя отпустить! – с отчаяньем воскликнул маркиз.

– Мне надо идти, – пробормотала Нелл.

Лит схватил ее за руку.

– Ты мне веришь?

– Отпусти меня.

Нелл хотела, чтобы ее голос звучал настойчиво, требовательно, но вместо этого из ее уст вырвалась мольба. От его прикосновения в ее крови вспыхнул огонь желания.

– Ты мне веришь? – повторил Лит более настойчиво.

Казалось, его терпение было на пределе. Еще два дня назад Нелл шла на поводу у своих чувств.

Но найденные письма лишили ее не только доверия к Литу, но и уверенности в себе.

Нелл боялась обмануться, она больше не верила в любовь.

– Не знаю.

– Нет, ты должна верить мне!

Нелл попыталась вырвать руку, но ей это не удалось.

– Хватит твердить одно и то же! Моя сестра умерла с твоим именем на устах!

– Но ребенок у нее был не от меня!

– Как я могу тебе верить?

Лит переменился в лице. Теперь оно выражало гнев и решимость. Маркиз оскалился, как хищный зверь, обнажив крепкие белые зубы.

– Возможно, это убедит тебя! – прорычал он.

У Нелл было чувство, будто ее окатили ледяной водой. Она не на шутку испугалась и хотела уже позвать на помощь лакея, который дежурил в коридоре. Но тут Лит набросился на нее и запечатал ей рот поцелуем.

В этом поцелуе не было нежности, он был жестким и властным. Нелл старалась не разжимать губ, хотя ее захлестывали эмоции. От Лита исходило тепло и смешанный запах мускуса, конского пота и сандалового дерева. С приглушенным стоном маркиз крепче прижал ее к своей груди. Нелл пыталась сопротивляться, но он был сильнее.

Лит прервал поцелуй и заглянул ей в глаза.

– Поцелуй меня, Элеонора.

– Твои поцелуи – ложь, – прошипела она, стараясь освободиться из его объятий.

Маркиз зло прищурился.

– В таком случае, позволь, я буду лгать дальше, дорогая.

Нелл возмущало, что Литу удавалось удерживать ее одной рукой. Другой он поднял ее голову за подбородок, чтобы вглядеться в глаза любимой. Маркиз пытался при этом не причинить ей боли, он сдерживал свою недюжинную силу. Ее раздражал тот факт, что маркиз сохраняет контроль над собой, несмотря на ее близость.

Сама она чувствовала, что сила воли изменяет ей.

– Я презираю тебя, – заявила Нелл.

На губах маркиза появилась ухмылка, напоминающая волчий оскал. Он знал, что Нелл борется с собой, боясь ему уступить.

– Ну что ж, значит, мне нечего терять.

Нелл охватила паника. Она боялась, что Лит сломит ее сопротивление не с помощью физической силы, а с помощью ласки. Враг находился внутри нее самой – это была та часть Нелл, которая тосковала по прикосновениям маркиза.

Лит впился в ее рот.