Не то время, не то место и совершенно неуместное влечение, которое она изо всех сил постарается задушить на корню. Ее жизнь была все еще слишком сложной, чтобы добавлять в нее  больше проблем. А отношения всегда несли проблемы.

Глава 24

Игнат не привык себя ограничивать. Тормозить. К сожалению, с Аленой его обычная тактика не работала. Хотя… Она в принципе ни на ком больше не работала. Он перестал привлекать женщин, как только на его теле появились шрамы. Конечно, мужчина без труда мог бы избавиться от них при помощи пластической хирургии, или хотя бы уменьшить ущерб, но не хотел.

Они служили напоминанием. Если это напоминание исчезнет - он может потерять бдительность и снова допустить ошибку. Прошлая чуть не стоила ему жизни, так что Игнат не собирался наступать на одни и те же грабли снова.

Алена Астахова."

"Он читал эту девушку, как открытую книгу, видел ее осторожность, даже страх. Боролся с самим собой, избегал, лишь бы не выдать своих желаний, намерений в отношении нее. Хотя так и хотелось сорваться, наплевать на все и наброситься на нее, как дикому зверю. Потому что он был зверем. Оголодавшим и нуждающимся.

А она была его добычей. Такой манящей, что у него даже дыхание перехватывало, а член стоял колом от одного только ее взгляда. Смущенного, но в то же время, горящего интересом. Маленькая пугливая мышка хотела его. Непонятно, непостижимо, с его изуродованной внешностью и недавно развившейся нелюдимостью и угрюмостью, но это было так.

Игнат никогда не увлекался такими девушками раньше. Простыми. Неброскими. Он всегда предпочитал уверенных в себе и, будто, сошедших с обложек журналов, женщин. Львиц. Алена же была цветочком. С шипами, но все же цветком, а не хищницей.

С чистым лицом, которое, даже, несмотря на отсутствие косметики, оставалось красивым. С большими серо-голубыми глазами, смотрящими на мир настороженно и тоскливо. С маленькими пухлыми губками идеального розового оттенка. Он мечтал об этих губах. Хотя не переносил прикосновений с тех пор, как стал жертвой чокнутого мясника, все равно мечтал о ее нежных губках на своем изуродованном теле. Ему казалось, что с ее прикосновениями он бы совладал.

Несмотря на желание потрахаться, он никогда не мог расслабиться настолько, чтобы позволить своей коже ощутить касание другого человека.

Игнат проверял, и не раз. Посетил самые дорогие бордели мира, путешествовал из одной страны в другую, надеясь на забвение, но, только увидев ее, снова ощутил вкус жизни. Прикоснувшись к ее пальцам, впервые за долгое время почувствовал желание, а не тревогу. Она стала целью всей его жизни, потому что он был уверен, что только она может дать ему шанс снова стать нормальным. Алена Астахова должна была принадлежать ему. На какие бы ухищрения ему не пришлось пойти ради этого.