С Аленой он выбрал тактику, которая гарантированно могла спровоцировать ее на эмоции. Она была слишком отстранена и спокойна, так что злить ее, было пока единственным вариантом добиться от девушки хоть какой-то реакции. Не мог же он набрасываться на нее прямо в офисе! Хотя, иногда так и хотелось послать к черту свои принципы относительно секса на рабочем месте, но это правило он сделал нерушимым для себя много лет назад, когда подобная интрижка обернулась для него самым худшим образом.

Мужчина был доволен тем, как продвигались их отношения. Алена не могла ему отказать, когда дело касалось секса, что невероятно льстило его самолюбию, но была отстранена в плане эмоций. Что ж, и это не долго продлится, если он будет и дальше придерживаться избранной им линии поведения.

Игнат прикрыл глаза, вспоминая, как она выглядела вчера в полутьме маленькой кухоньки, сидящая на столе, с широко раздвинутыми ногами и запрокинутой в экстазе головой, пока он зарывался лицом в ее киску. Восхитительная. Очень немногим женщинам он доставлял подобное удовольствие, но есть Алену был готов хоть каждый день. Его медовая девочка…

Мужчина резко вынырнул из своих мыслей, осознав, что возбуждается, в то время, как его ждет непочатый край работы. Не время думать об Алене. Если он перестанет придерживаться своего расписания, то все полетит к черту. Глотнув горького кофе, чтобы взбодриться, Игнат выкинул из головы любую мысль о ней и приступил к работе.

***

Вечером, поужинав в ресторане, Игнат поехал домой и, приняв долгий душ, завалился на диван с пультом от телевизора в руках. Очень хотелось снова пойти к Алене, но она наверняка этого и ожидала, несмотря на свое сегодняшнее предупреждение, так что он остался в своей квартире, чтобы сбить ее с толку и заставить поверить, что действительно принял ее слова к сведению. Отвлекшись на старый боевик с Брюсом Уиллисом, мужчина и сам не заметил, как уснул.

Он пришел в себя, когда на него обрушился поток ледяной воды. Судорожно втянул воздух в легкие и открыл мутные глаза. Прояснить сознание удалось с трудом. В теле ощущалась слабость, а голова болела, как после жесточайшего похмелья. Он увидел перед собой мужчину лет шестидесяти, на лице которого отпечаталась такая ненависть и злоба, что он понял, еще даже до того, как осознал что привязан за руки к балке в этом старом вонючем сарае, что находится в полном дерьме.

Воспоминания наложились одно на другое. В один момент старик точными выверенными движениями полосовал кожу на его груди, а в другой уже дошел до ног, что на самом деле случилось лишь неделей позже. Но боль была настоящая. Она всегда была настоящей, обжигая уже зажившие шрамы, как соленая вода, которую плескал на него старик после того, как заканчивал с порезами.