Ага…

С временем суток разобрались, и спасибо Георгу, что позволил выспаться!

Из неясного – а чего это слуга такой счастливый?

– Вас не наказали за нашу… небольшую прогулку по служебным коридорам? –спросила я осторожно.

Мужчина улыбнулся шире прежнего, вытянулся по струнке и ответил:

– Его величество был крайне зол! Обещал всех казнить! Но сегодня утром всех помиловал!

Я чуть кофе не поперхнулась.

– В смысле «казнить»?

– Ну прямо р-раз, и… – слуга провёл большим пальцем по собственной шее. – В крайнем случае на каторгу.

Нормально!

– Но небеса были милостивы, и сегодня утром его величество сменил гнев на милость.

Он даже подумывал объявить амнистию по всему королевству, но лорд Тонс его отговорил."

"Я отлично поняла, с чем связана георгова доброта, и… да. Да, я всё-таки покраснела!

Тут на помощь ринулась служанка:

– Да вы поешьте, леди Маргарита! Какая худенькая! А разговоры все эти… – женщина грозно зыркнула на помилованного слугу.

Только вот в чём соль: слуга был аборигеном этих покоев, личным прислужником короля, а служанка, вызванная для помощи мне – лимитчица. В общем, эти двое схлестнулись взглядами, а я, подумав, всё-таки села есть.

В конце завтрака, когда молчаливая дуэль между достигла апогея, я покашляла.

– Кстати, а что там леди Мирра? – поинтересовалась, прижимая уши. Не могла не спросить.

– Её величество королева-мать тоже сильно гневалась, но сделала выводы из ситуации. Теперь она будет действовать мягче… обсуждать с вами детали свадьбы постепенно.

Как это «постепенно» я не поняла.

Ну да ладно! Важнее другое:

– Она сильно обиделась?

Слуга хотел ответить, но служанка опередила – фыркнула.

– Леди Мирра заявила, что не намерена заниматься такими глупостями, как обижаться на своих детей.

Миг, пауза, и я выдохнула. Но совесть меня всё равно куснула – всё-таки некрасиво вышло. В следующий раз я, пожалуй, отдам на растерзание свой мозг.

– А… – снова начала я.

– Подвеска? – догадливо уточнил слуга. А после кивка протянул мне кулон на цепочке, тот самый с помощью которого меня можно отслеживать.

Я опять кивнула и, глянув в окно, на высокое солнце, заключила:

– Сейчас причешусь и можно в Академию.

Как ни странно, против моего покидания дворца никто не возражал.

Ловкая румяная служанка соорудила на моей голове нечто высокое и восхитительное.

Я же была настолько счастлива, что только улыбаться и могла.

В какой-то момент, когда служанка вставляла последние шпильки, на ментальном плане послышался шёпот:

«Марго… милая, ты проснулась?»

Я мысленно ахнула. Но быстро сориентировалась – ведь мы уже общались таким образом, и совсем недавно.

Опять-таки мысленно я сосредоточилась на маленькой тату на лопатке и ответила:

«Да, проснулась. Спасибо за букет!»

Невидимый Георг довольно хмыкнул.