- Вера, это какой-то бред. Ты не такая. Точнее, для тебя подобное поведение не характерно. Твоей медицинской карты в психоневрологическом диспансере нет. Либо охранник наврал, либо информацию скрывают.

- Скажи мне, ты больна? - Артур не верил ни одному моему слову.

От стыда была готова провалиться сквозь землю. Как же его убедить, что у меня всё в порядке?

- Артур, я здорова. Послушай, давай кофе попьём на неделе где-нибудь в кафе? Я приеду и всё тебе расскажу.

Надеялась, что Руслан меня отпустит хотя бы под надзором охраны. Отношения между нами были ровные.

Мы договорились с Емельяновым встретиться в пятницу.

Мои дни в доме Сафина стали похожи на… семейную жизнь?

Каждую ночь мы с Русланом занимались любовью, и я все больше привязывалась к нему.

Да, он порой жестокий, властный, бескомпромиссный, но при этом помогает больным детям, заботится о матери, поддерживает приют для животных.

Человек, сотканный из противоречий. Гордый, независимый, плюющий на чужое мнение.

Любит ли он меня?

Не знаю.

Но зачем-то я ему нужна, и о суррогатном материнстве речи больше не шло.

Возможно, он просто удовлетворит своё желание, сексуальное влечение ко мне как к женщине пройдёт, и он меня отпустит?

Ведь о свадьбе Сафин тоже больше не заикался…

Мне привезли медицинские карты детишек, родители которых обратились в благотворительный фонд Сафина за помощью.

Господи, сколько горя им пришлось пережить. Первый вечер я плакала, не стесняясь Майи Александровны и Руслана. Не могла смотреть на фотографии этих измождённых болезнями детей, хотя в больницы повидала всякое.

Но я работала с взрослыми, а тут – дети. Некоторые – совсем крошки.

Сафин пригрозил, что отберёт у меня бумаги, и я быстро успокоилась. Завела свои таблицы, папки на ноутбуке, который мне привёз Руслан. Днём обзванивала клиники, врачей, медицинские центы. Искала, договаривалась, созванивалась с родителями детишек, уточняла состояние больных и готовность к поездкам и операциям.

Меня захватила эта работа.

Я чувствовала, что занимаюсь чем-то важным, нужным, правильным. Вечером после ужина мы закрывались в кабинете Руслана, и я отчитывалась о проделанной работе, рассказывала о договорённостях, называла суммы.

Руководитель фонда, пожилая доктор на пенсии, подруга матери Руслана, была рада моей помощи. Свои действия я согласовывала с ней.

С Артуром я встретилась. Мы спокойно поговорили. Я была без охраны. Удивилась степени доверия со стороны Руслана. Машина с водителем ждала меня на стоянке, но, если бы захотела, я легко могла сбежать.

А я уже не хотела.

Не знаю, что произошло, но я приняла свою реальность такой, какая она есть. Перестала думать о будущем, строить планы.

Работая в фонде, поняла, как хрупка и коротка эта жизнь.