Уговаривал:

- Верочка, не торопись. Лучше синица в руках, чем журавль в небе. В техникум ты легко поступишь, выучишься, мама устроит тебя на работу, выйдешь замуж, родишь нам внуков…

Ему казалось, что это и есть счастливая жизнь. Быть замужем за работягой с завода, который, как и папа, выпивает в выходные, а иногда и на неделе по вечерам. Сидит у телевизора, на рыбалку ездит, работает на даче и дома умеет починить кран, люстру повесить…

Но я хотела иного. Мечтала о лучшей жизни.

Нет, замуж за олигарха не стремилась, боже упаси. Мечтала стать хорошим доктором, помогать людям, прилично зарабатывать. Купить квартиру и когда-нибудь привезти в Москву родителей. Показать им красивые парки, торговые центры, вечерние огни столицы и сводить в театр.

Провожая меня на перроне, мама прямым текстом заявила: «Если не поступишь, домой не возвращайся. Хоть на панель иди, а обратно я тебя не приму. Решила быть самостоятельной, вот и будь. Много вас таких в Москву едет, да мало кто остаётся. «Москва бьёт с носка». Узнаешь, почём фунт лиха…»

Но, вопреки маминым прогнозам, у меня всё получилось.

Поступила в университет, дали место в общежитии, устроилась подрабатывать: писала однокурсникам рефераты, переводила с английского, ночной сиделкой работала со старичками.

В общем, выжила.

И теперь такой удар…

Неужели мама оказалась права и мне придётся вернуться?..

Я почти успокоилась, умылась холодной водой, привела себя в порядок, когда дверь в комнату распахнулась и вошла Эльвира Сергеевна.

Она была аккуратно причёсана и накрашена, в тонком трикотажном платье. Назвать эту женщину бабушкой язык не повернётся.

- Милочка, что это вы от своих обязанностей отлыниваете, - спросила высокомерно. - Полина говорит капризы у вас какие-то?

Я незаметно вытерла нос салфеткой, а затем извинилась:

- Простите, мне никто не рассказал о вашем распорядке дня. Позвольте записать свои обязанности.

Достала из секретера чистый блокнот и ручку.

Мать Руслана заметила, что я плакала, и сжалилась.

- Вы не завтракали. Давайте пройдём в столовую и там пообщаемся. Пожалуй, я выпью ещё чашку кофе.

Шла я, как на эшафот. Боялась увидеть за столом Сафина, и Эльвира Сергеевна как-то разгадала причину моего беспокойства:

- Не волнуйтесь, Руслан уже уехал. Это он вас довёл до слёз?

Я молчала, как партизан. Да ей и не нужен был мой ответ.

- Конечно, он. Больше некому. У моего сына сложный характер. Я растила его одна, хотела воспитать настоящего мужчину, но, кажется, переборщила. Он слишком жёсткий, порой импульсивный и не терпит компромиссов.

- Да, я заметила, - вставила свои пять копеек."

"Хозяйке определённо не понравилась моя реплика. Эльвира Сергеевна посмотрела с негодованием, и стало понятно: критиковать сына может только она.