- Это просто, - сказа Уэсли, передавая ее мне. - Один глубокий вдох и дышишь, как обычно.

Я снова опустил глаза на трубку с тлеющей травкой, и поднес мундштук к губам. Он был влажным от слюны Уэсли. Я сделал так, как он сказал, и постарался размеренно дышать, но очередной вдох вызвал новый приступ кашля.

Уэсли похлопал меня по спине, забирая трубку.

- Ничего. Тебе недостает немного практики, - ""утешил"" меня он, затягиваясь.

Подождав, пока вытру выступившие на глазах слезы, Уэсли отдал мне трубку, и я попытался еще раз: приблизив мундштук к губам, вдохнул и выдохнул дым, и у меня получилось сделать это, не сорвавшись на кашель.

Обрадованный, я взглянул на Уэсли. Мои глаза светились от гордости за маленькую победу.

- Вот это другое дело, - улыбнулся он. - Продолжай в том же духе.

Я попытался повторить предыдущий опыт, но на этот раз удача отвернулась от меня: в горле запершило, и, не удержавшись, я закашлялся, вдохнув сразу слишком много дыма.

Засмеявшись, Уэсли вынул трубку из моих пальцев и снова стал хлопать по спине. Докурив, он сложил все обратно в ящик журнального столика и, захлопнув учебник на моих коленях, приобнял меня одной рукой.

- Итак, что ты чувствуешь? Тебе хорошо?

- Я... Я не знаю.

- Значит, нет, потому что тогда ты бы обязательно почувствовал изменение. Что ж, может быть, в следующий раз, - он повернул мое лицо к себе и надавил большим пальцем на подбородок, вынуждая опустить голову ниже.

Меня не переставляло удивлять, как же здорово он целуется.

Уэсли провел рукой по моему животу и поцеловал в шею, затем между ключицами.

Уверен, это в сто раз лучше, чем тот эффект, который мог бы оказать на меня наркотик.

Внезапно снаружи раздался шум мотора, остановив наступление губ и языка Уэсли. Подняв на меня глаза, он на секунду нахмурился и, откинувшись на спинку дивана, недовольно проворчал:

- Проклятье. Мама дома, - затем он посмотрел на меня, и на его губах отразилась полуулыбка. - А все так хорошо начиналось.

Я оглядел комнату, одновременно поправляя на себе рубашку. Уэсли встал и потянулся, открывая полоску белой кожи и дорожку волос, начинавшуюся внизу живота и ведущую за пояс джинсов.

Я с трудом сглотнул.

- Привет, - поздоровался Уэсли, встречая маму на кухне.

Сидя на краю дивана, я судорожно запихивал книгу в сумку и сразу же поднялся, стоило ей зайти в гостиную.

- Привет, - сказала миссис Кэрролл с улыбкой.

Когда она улыбалась, то прикрывала глаза.

- Мам, это Торен. Торен, это моя мама, - представил нас Уэсли, и в этот момент я почувствовал искреннюю радость оттого, что так и не поймал кайф.

Я взялся за ремень сумки, пытаясь справиться с волнением.

- Эм, добрый день. Приятно познакомиться, - произнес я, слегка склонив голову."

"- Ах да, Торен. Уэсли рассказывал мне о тебе.