- Так как насчет того, чтобы я тебе помог? - вдруг предложил он с хитрой улыбкой, похлопав по кровати рядом с собой. - Не думай, что тебе удастся что-то от меня скрыть. Я же вижу, в каком ты состоянии, - добавил Уэсли миролюбиво, приподнимая брови и явно намекая на мою эрекцию.

К этому времени мое неутоленное и так долго сдерживаемое желание собралось внизу живота, подчиняя себе разум, сконцентрировалось в кончиках пальцев рук и ног, настойчиво пульсируя в такт с мучительным давлением в паху. Уэсли соблазнительно смотрел на меня, облизывая верхнюю губу, в то время как его ладонь сжимала головку члена. И я не мог оторвать взгляда от мягких влажных губ, от пальцев, находящихся в движении и обхватывающих совершенный по форме орган. Еще никогда я так сильно не хотел ощутить его во рту.

Сдавшись, я присел на край кровати и потянул молнию на штанах вниз, открывая себя нетерпеливому и горящему от возбуждения взгляду Уэсли. Но когда он подался вперед с намерением коснуться меня, я отвел его руку в сторону: стоило ему до меня дотронуться и я не смог бы устоять перед стремлением в полной мере ощутить Уэсли в себе, несмотря на возможные негативные последствия для его здоровья, к которым мог привести этот безрассудный поступок.

Нет. Мы можем сделать это вместе, но не должны прикасаться друг к другу."

"Я энергично задвигал рукой вверх-вниз, прикрывая глаза от удовольствия, перехватившего контроль над телом. Но долго держать их закрытыми я не мог: мне был необходим Уэсли; я должен был видеть смену выражений на его лице, от напряженного удовольствия до радости и послеоргазменного облегчения; должен был следить за длинными сильными пальцами, размазывающими выступившую смазку по всему стволу, в то время как другая рука играла с яичками. Моя собственная разрядка подступала все ближе, я вскидывал бедра навстречу движениям руки все чаще, борясь с желанием просунуть палец в теплое и тугое колечко мышц.

Взгляд Уэсли обжигал. От него покалывало кожу. Именно этот взгляд и стыд, который обычно всегда возникал у меня при самоудовлетворении, как будто я делал что-то постыдное, многократно усиливали все ощущения, стремительно приближая разрядку. Наконец я излился, и почти следом за мной кончил Уэсли. Судорожно хватая воздух, словно только что пробежал целый марафон, я затуманенными глазами следил за пальцем Уэсли, который скользил по его животу, размазывая нашу сперму. Смешивая ее вместе.

- Это была самая эротическая вещь из тех, что мы когда-либо делали, - выдохнул он между частыми вдохами с довольной улыбкой на красивом лице.

- Ага, - шепнул я, все еще не справившись с дыханием, и убрал руку с члена. На коже выступил пот, и сам я горел изнутри, как будто у меня поднялась температура.