Тут вспомнил, что письмо тогда со стола у Дашевского забрал, от какого-то Дуткина. Посмотрел – забавное письмо, может сгодиться. Сунул в карман… Стали мы с этого крутить.

– Кто Шустова завербовал?

– Иуду-то? Я самолично. За пятьсот рублей. Заказчик мне имя сообщил, мол, человек из команды Лыкова, все рапорты ему пишет. Я вечером на улице его подкараулил, зашли в трактир, там и договорились…

– Из своих денег отдал? – не поверил Лыков.

– Ну, хотел эту сумму в счет вставить, но потом она окупилась.

– Каким образом?

– А когда сложили в Москве шалаву, при ней денег оказалось до тысячи рублей, да еще серьги с бриллиантами. Выгодно скатались!

Сыщик спросил обескураженно:

– Что, прямо так легко Сергей Фирсович меня и продал?

– А ему деньги были нужны. У сестры базедову болезнь нашли. Лечение дорогое. Он и согласился.

– Янович-Яновский с Шустовым встречался?

– Нет, через меня все шло.

– Не может быть, – усомнился Лыков. – Иуда нарочно подсунул мне мысль явиться в мировой суд!

– Правильно. Янович мне сказал, я передал иуде.

– Но ведь это было, когда я еще Арабаджева не подозревал!

– Лакея-то уже нашли, – пояснил Агейчев. – И заказчик понял, что вы скоро догадаетесь.

– О чем?

– Что место не поделили… И решил, как я кумекаю, в опережение высунуться. Умный, видать, собака!

– Как вы узнали, что Дуткин в воскресенье ездил в Москву? Да еще к француженке.

– Янович сообщил. Он и адрес дал.

– А он откуда выяснил? – не унимался Алексей.

– Черт его знает. Я показал ему письмо Дуткина, он сбегал, доложился по команде и принес имя и адрес. План был толковый: загодя развалить инобытие. Ясно же, что вы скоро ту девку разыщете. А уберем ее – Дуткину крышка.

– Ну ладно, пусть так. Расскажи, что в Москве было.

– Вам Цыферов все уж написал!

– Я хочу от тебя услышать.

– Чего рассказывать? Приехал я, напугал девку. Твоего, мол, кредитного в тюрьму посадили, за убийство. Того, из Питера, с большими усами. Скоро и за тобой явятся, отправят в столицу. Он-де тебя оговорил как потатчицу. В столице шутить не станут, в каторгу сошлют. Им гулящую не жалко, а для отчета годится. Спасайся! Она и всполошилась. А как съехала с квартиры, тут я ее и… Прямо в экипаже. Извозчик-то мой был, старый знакомый, налетчик из Андроновки. Он помогал.

– Где этот сообщник сейчас?

– Не ищите. Я его задавил для пользы дела.

– Куда дели труп Клотильды Лавинэ?

– Куда дели, оттуда справок не дают, – уклончиво ответил Снулый.

– Да? А мне дают, – огорошил его надворный советник. – Поклон тебе от Шайтан-оглы!

Убийца не поверил своим ушам.

– Вы что, виделись с ним?

– Вот как с тобой.

– Он же в розыске!

– Для меня сделал исключение. И все рассказал.

Агейчев был сражен.