Я на мгновение впадаю в ступор, а когда собираюсь ответить, вмешивается сестра:

– Дорогая, посмотри, кто пришел. Какой сюрприз, правда?

Я молчу. Отвожу взгляд, не желая видеть торжествующую улыбку отца. Затем ухожу в кухню. У меня сейчас случится удар. Что он здесь делает?

Воды, мне нужна вода! Пару секунд спустя входит отец:

– Жизнь моя, этот парень – хороший человек, и он без ума от тебя. К тому же…

– Папа, пожалуйста, не начинай. Между нами все кончено.

– Этот мужчина любит тебя, разве ты не видишь?

– Нет, папа, не вижу. Что он здесь делает?

– Я его пригласил.

– Па-а-апа!

Не спуская с меня глаз, отец продолжает:

– Послушай, смугляночка, оставь свое упрямство для других случаев и поговори с ним. Я пытаюсь понять тебя, но не понимаю, почему ты не разговариваешь с ним.

– Мне не о чем с ним разговаривать, папа. Уже не о чем.

– Дорогая, – не унимается он, – вы повздорили. Пары ссорятся и…

Мы слышим, как звонят в дверь. Смотрю на часы. Я знаю, кто это, и закрываю глаза. Вскоре появляется сестра, вслед за которой идет племянница, и в замешательстве шепчет:

– Джудит, ради всего святого! Ты сошла с ума? За тобой пришел Давид Гепардо, и сейчас он в гостиной вместе с Эриком.

О господи! Что же мы делаем?

– Гепардо, гонщик? Он здесь? – спрашивает отец.

– Да, – кивает сестра.

– Ой-ой-ой! – выпаливает он.

Меня разбирает нервный смех.

– Тетя, у тебя два жениха? – интересуется племянница.

– Нет, конечно же нет! – отвечаю, глядя на малышку.

– А почему тогда за тобой приехали сразу два жениха?

– Твоя тетя – это нечто особенное! – недовольно бормочет сестра.

Я смотрю на Ракель.

Отец нервно проводит рукой по волосам – от лба к затылку.

– Ты пригласила Давида?

– Да, – отвечаю я. – У меня есть свои собственные планы. А вы… вы сводники и… О гос-с-споди!

Бедняга кивает. Вот это настоящая головная боль! Сестра в истерике.

– Что будем делать? – снова спрашивает она, всматриваясь в мое лицо.

Делаю еще один глоток воды и, готовая сделать то, что задумала, отвечаю:

– Что ты будешь делать – не знаю. А я… я ухожу с Давидом.

– Ох, Трианская Дева Мария! Какая досада!

– Почему досада?

Сестра нервно переминается с ноги на ногу. Я нервничаю еще больше, но не подаю виду. Я совершенно не рассчитывала на то, что Эрик появится в доме отца. И тогда Ракель подходит ко мне.

– Эрик – твой жених и…

– Он мне не жених. Сколько раз я еще должна это повторить?

Вдруг у сестры округляются глаза и я слышу позади себя:

– Джуд, ты не пойдешь с этим типом. Я этого не позволю.

Эрик! Я разворачиваюсь. Смотрю на него.