Там уже поджидала Давыдова. Женщина суетливо накрывала на стол.

— А вот и я! Помощь еще нужна?

Давыдова, завидев девушку, улыбнулась:

— О, нет, дорогая. Я почти закончила. Только фрукты дорежу. Присаживайся.

Спирина разместилась на краю указанного стула, нервно сцепив пальцы в замок.

— Мужчины уже вернулись?

— Да. Скоро спустятся.

В подтверждение ее слов, в столовой показался Давыдов старший. Он несколько долгих секунд вглядывался в лицо девушки, а потом, громко рассмеявшись, раскрыл для нее свои объятия.

— Ей Богу, твой отец мне шею свернет!

Лера благодарно обняла мужчину, а отстранившись, смущенно улыбнулась.

— Все так ужасно, дядя Стас?

— Не говори ерунды. Ты прекрасна.

— Спасибо.

— Но, — Станислав повысил голос, явно обращаясь к жене, — я не поддерживаю болезненной страсти к смене имиджа. Да, Ритуля?

Женщина настороженно посмотрела на супруга:

— Что ты имеешь в виду?

— Не нужно забивать Лере голову салонами красоты, в которых ты месяцами торчать готова!"

"— Быть красивой желает каждая женщина, Стас! — Маргарита шутливо ударила мужа полотенцем по руке, за что заработала поцелуй в щеку.

— Молчу-молчу! — Рассмеялся Давыдов. После чего громко присвистнул, и закричал. — Э! Двое, из ларца! Бегом за стол. Чего вы там копаетесь?

Спустя секунду, Станислав уселся во главе стола, ожидая появления остальных членов семьи.

— Как тебе столица, Лера? Уже успела окресности посмотреть?

— Очень большой…шумный и суетливый город. — Смущенно улыбнулась. — Вряд ли я смогу увидеть все, даже если проживу здесь пару лет.

— Верно. Каждый день строится столько всего нового. — Отозвалась Маргарита Алексеевна, устанавливая в центре стола большое блюдо с фруктами. — За всем и не уследить.

Давыдов старший не сводил с нее внимательного взгляда, отчего Лера нервно заерзала на стуле. Он словно насквозь ее видел!

— Какие дальнейшие планы?

— Выйти замуж за богатого папика, и уехать жить за границу. Других планов у московских блондинок не бывает.

— Герман! — Возмущенно воскликнула Маргарита.

Валерия инстинктивно дернулась. Сердце до предела сжалось.

Как он так тихо подошел?

От его насмешливого голоса сквозило арктическим холодом. Пересилив себя, развернулась к Герману лицом, о чем тут же пожалела. В глазах не просто насмешка. Нет! Скорее призрение. Самое настоящее.

Ее затрясло от негодования. Щеки запылали. Губы пересохли. На языке вертелось столько колких фраз, но вырвалась лишь одна. Самая уместная.

— Если я полюблю этого богатого папика, то почему бы и нет? — Валерия через силу натянула на лицо улыбку. — Здравствуй, Герман!

— Привет, — недовольно буркнул мужчина, после чего потеряв к ней всяческий интерес, сел по правую руку от отца.