Олегу сама скажешь?

– Я уже сказала. Пару дней назад.

– Вот даже как… И что он ответил на это?

– Мне показалось, что ему было все равно, – она снова слегка улыбнулась. – Он, конечно, удивился, ведь ничто не предвещало. Но не расстроился. Знаешь, Валера, людям часто свойственно преувеличивать собственное значение для своих детей.

Из лежащего на столе мобильника Елены полилась какая-то полифоническая мелодия. Она посмотрела на дисплей и ответила на звонок.

– Уже подъехал? Хорошо, минут через десять спущусь… Нет, не нужно, Валера мне поможет.

– И кто тебя повезет на новое место жительства? – вяло поинтересовался Валерий Олегович.

– Артем.

– Кто это? – Он невольно сдвинул брови.

– Это сын Женечки.

– А Женечка кто такой?

– Не такой, а такая. Женечка Ященко, моя подруга еще с институтских времен.

Елена смотрела на него прямо, открыто и весело, и на лице ее ясно читалось: «Ты не помнишь и знать не хочешь имена моих подруг, даже самых давних, так о какой близости и вообще о каких отношениях мы можем говорить?» Он вдруг понял, что вопросом про Женечку снял огромную тяжесть с души женщины, которую еще полчаса назад имел право называть своей женой.

«Сам себе яму выкопал», – пронеслось в голове Шаркова.

– Ты так и не поел, – заметила она. – Хочешь, подогрею в микроволновке? Все уже холодное.

– Не нужно. Ничего не хочу. Ну, коль ты все давно решила, то разговоры, я так полагаю, бессмысленны, поэтому давай я помогу тебе с вещами."

"И тут же внутренний голос закричал: «Ты с ума сошел! Тебе ни в коем случае нельзя таскать тяжести! Ты можешь поднять чемодан – и оно рванет в ту же секунду! Если только шмотки, то килограммов пятнадцать, а если там книги и рукописи, обувь и всякие бабские флаконы, то все тридцать наберется.

Нельзя». Что же делать? Лена так уверенно заявила, что он поможет… Сказать, что сердце колет? Или на давление сослаться? Это будет выглядеть, как будто он пытается давить на жалость и вынудить переменить решение. Мерзкое манипуляторство. Нехорошо. Не по-мужски. Ну, авось пронесет.

Он в два приема донес вещи до грузового лифта, потом помог невысокому, но мускулистому пареньку по имени Артем погрузить их в пикап.

Лена крепко, но коротко обняла мужа, шепнула ему на ухо: «Спасибо тебе за все», уселась в машину и хлопнула дверцей.

Моросил не то колючий осенний дождь, не то мелкий раннезимний снег. Валерий Олегович постоял на тротуаре, бессмысленно таращась на проезжающие мимо автомобили, потом резко повернулся и пошел домой.

На кухонном столе стояла тарелка с остывшим ужином. Шарков понимал, что нужно либо поставить еду в холодильник, либо выбросить, но не мог заставить себя прикоснуться к ней.