— Где Степа? — взволнованно спросила она и осмотрелась. — С ним всё хорошо?

— Едет он, — хмыкнул Клим. — Уже рядом.

Рената вдруг вздрогнула. Лицо исказилось болью, а с губ сорвался сдавленный стон.

— Что случилось? — насторожился Захар.

— Мне.... мне кажется, я рожаю, — выдавила она из себя и часто задышала, чтобы пережить болезненную схватку.

— Что?! — в один голос воскликнули все и переглянулись

Захар опомнился первым:

— Макс, ты нам нужен!

Клим подхватил Ренату на руки и вынес их этого жуткого места.

— Расстилайте в салоне носилки, — скомандовал Макс. Его глаза зажглись врачебной решимостью.

— Ты принимал когда-нибудь роды? — осторожно спросил Иван.

— Хочешь меня подменить? — усмехнулся он.

— Нет уж, — побледнел Ванька и торопливо отошел подальше.

— Отодвиньтесь, — Макс быстро доставал всё необходимое. Одеяло, аптечка, перчатки. Прекрасно знал, что надо делать и действовал профессионально.

Он запрыгнул в салон спасательной машины, упал на колени рядом с Ренатой и приложил акушерскую трубку к её животу.

— Рената, дыши ровно. Слушай только меня. Я с тобой. Ты справишься.

Спасатели нервно переглядывались. Никто не знал, что говорить и делать в такой ситуации. Сейчас все зависело только от Макса, он держал всё под контролем. Не просто спасал, а принимал жизнь. И права на ошибку у него не было.

Глава 37

Степан мчался, нарушая все мыслимые правила. Светофоры, полосы, знаки — он не видел ничего. Только точку на карте. Только мелькающие огни, как в тоннеле. Сердце било так, будто собиралось вырваться наружу.

Он не чувствовал скорости. Только один вопрос звучал в голове, гудел в черепе, в сердце, в горле: живы ли они?

Степа уже терял жену и сына. И теперь всё было снова на грани. Снова мучительно страшно и больно от того, что никак не мог помочь. Время работало против него. Но он очень старался не терять концентрацию и не поддаваться панике. Голова нужна была холодная, чтобы принимать верные решения.

Когда на горизонте замелькали машины на обочине, он дал по тормозам так резко, что машина вильнула, визжа шинами. Степа вылетел из салона, как снаряд.

— Где они? — рявкнул он, не разбирая лиц, только силуэты.

К нему подлетел Ян, запыхавшийся, с запачканной рукой.

— Всё под контролем. Вон они. Все лежат штабелями. Макс с ней в машине. Рожает.

— Как рожает? — Степан побледнел, прекрасно понимая, что ещё слишком рано рожать. Да и не в таких же условиях.

Он метнулся к машине спасателей, распахнул боковую дверь и вцепился в косяк. Там, внутри, он увидел Ренату. Бледную. Дрожащую. И Макса, сидящего на коленях перед ней.

— Ты что там делаешь, Макс?! — взревел он. — Убери руки! Не смей смотреть моей жене под юбку!

Макс поднял взгляд, злой как чёрт:

— У нее воды отошли! Роды стремительные.