Командир молча кивнул в сторону выхода и многозначительно поднял бровь. Степа прекрасно понял намек.

— Рената, я на минутку. Будь здесь, хорошо?

Она молча кивнула и присела на край дивана, сцепив пальцы и пытаясь скрыть дрожь рук.

В коридоре Захар резко развернулся и глухо произнес, с трудом сдерживая раздражение:

— Ты чего творишь, Степа? Зачем ее сюда притащил?

— У неё серьёзные проблемы, Захар, — устало вздохнул Степан, опираясь плечом на стену и чувствуя, как усталость всё сильнее наваливается на него. Ничего не оставалось, как рассказать командиру правду. Как есть. Это куда лучше, чем врать и изворачиваться. Да и не умел он врать.

— Ты понимаешь, какая это ответственность? — Захар обреченно покачал головой, потерев лоб ладонью. — Ты же нас всех подставляешь. Сюда нельзя приводить гражданских. Тем более в такой ситуации.

— Я знаю, — спокойно, но жестко перебил Степан. — Но другого выхода сейчас нет. Я прошу, помоги. Захар, я не могу ее бросить. У нее никого нет кроме меня.

Захар глубоко вздохнул, глядя куда-то в сторону. Видно было, как он колеблется, словно в его голове идет серьёзная внутренняя борьба.

— Ладно, пусть остается, — наконец сдался он, махнув рукой. — Я предупрежу остальных, пусть присматривают. Но это временная мера, Степа. Надо что-то придумать, понимаешь?

Степан устало улыбнулся и кивнул:

— Я уже в процессе.

— Надеюсь на это, — вздохнул Захар и чуть похлопал его по плечу, затем пошел дальше по коридору, чтобы предупредить остальных."

"Степан остался один в коридоре и на секунду прикрыл глаза, чувствуя, что груз ответственности за Ренату и её ребёнка становится тяжелее с каждой минутой. Но даже это не пугало его. Наоборот, появлялась новая решимость, которая будто давала силы двигаться дальше.

Рената осторожно осматривалась вокруг, чувствуя себя одновременно неловко и благодарно за то, как команда Степана встретила ее. Никто не задавал лишних вопросов, никто не смотрел с подозрением. В их взглядах она видела лишь открытость и дружелюбие, хоть это и не могло полностью снять её внутреннюю напряженность.

— Пойдем, покажу, где чай попить можно, — улыбнулся Клим, заметив её растерянность. Он провел ее к небольшой кухонной зоне, где стояли столы и несколько удобных стульев.

— Спасибо, — тихо поблагодарила Рената, неловко улыбаясь и садясь на край стула.

Комната была оборудована скромно, но практично, как настоящая полевая столовая. Даже плита имелась, хоть и небольшая. На полках стояли аккуратно расставленные кружки, банки с чаем и кофе, пачки печенья и сухарей. Несмотря на это, ей казалось, что она здесь совсем чужая, лишняя, и это чувство заставляло ее нервничать ещё больше.

Внезапно раздалась сирена, и Рената вздрогнула, испуганно оглянувшись по сторонам.