Маэс невольно думал о том, а есть ли вообще хоть что-то на этом свете, что может ее пронять. Прошелся взглядом по узкой спине, ямочкам чуть ниже поясницы, по идеальным бедрам и ровным щиколоткам, и все-таки отвернулся. Не из-за стыда, а потому что внутри снова поднималась горячая волна и контроль, который он только-только восстановил в последние дни, снова давал трещину.

— За мной.

Мел не спорила и не бунтовала. Сначала надо было посмотреть, во что превратилась Асолла, пока она сама валялась в беспамятстве, а потом уже думать, что делать дальше. И вообще, единственное чего ей сейчас отчаянно хотелось — это есть.

И желудок так отчаянно и громко стонал, что кхассер это услышал.

— Я прикажу тебя накормить.

— Так благородно, — цинично обронила Мелена, вызывая желание заковать в цепи и лишить всего.

Пообещав себе, что после возвращения запрет ее в самой дальней башне и будет вызывать к себе только при крайней необходимости, Маэс процедил сквозь зубы.

— Благородством здесь и не пахнет. Мне нужно, чтобы ты не сдохла во время пути. Если потребуется — накормлю тебя лично.

Он снова возвращал ей ее собственные слова.

* * *За то время, что Мелена была в отключке, главный замок Милрадии претерпел сильнейшие изменения. Хотя местами стены были изрешечены дырами с оплавленными краями и целые пролеты перекрыты во избежание обрушения, мусора и обломков в открытых коридорах не осталось. Захватчики постарались сделать проживание в замке комфортным в первую очередь для себя — расчистили проходы, укрепили слабые места и организовали охрану, а также они заняли свободные комнаты, отправив прежних обитателей кого в темницы, а кого на работы.

"

"Им навстречу попалась неуклюжая служанка с метелкой для пыли. Мел с трудом узнала в ней Веллину, одну из бестолковых бабочек, порхающих на балах при Вейлоре. Теперь на ее голове вместо высокой прически, украшенной жемчугами, был неопрятный колтун, вместо роскошных нарядов — простое серое платье прислуги, на несколько размеров больше, чем нужно, и стоптанные ботинки, а нежные руки, никогда не знавшие работы, покраснели и шелушились от того, что приходилось мыть и тереть.

Мелена прошла мимо нее, едва сдерживая брезгливую гримасу.

Ей было не жаль ни Веллену, ни капризного королевского племянника, который на первом этаже драил полы, стоя на коленях, ни кого-то еще.

Император шел мимо них с таким видом, будто был здесь хозяином, будто по эту сторону гор тоже все принадлежало ему. При его появлении все они становились еще более убогими. Тряслись, сжимались, пытаясь слиться с окружающей обстановкой, боялись так явно, что становилось противно.

Маэс лично привел ее на кухню, где аппетитно пахло булочками и густым наваристым супом.