Ее держат там. И с ней, та о ком я прошу. Забери ее.

Девка не сдавалась.

Это внушало некоторое уважение. Самую малость. Кхассер оттолкнул Тиру и ухмыльнулся:

— Выведи меня отсюда, и я ее уберу, но если обманешь, то тебе не жить.

— Не обману, — прохрипела она, ладонью, прижавшись к пылающему горлу.

Было больно и страшно, но желание избавиться от Мелены оказалось сильнее. Да и отступать уже некуда. Чокнутый кхассер непременно расскажет, что она к нему приходила и о чем просила, и тогда ее ждет суровое наказание. Нужно чтобы он ушел.

Поэтому она вернулась туда, где видела ключи от камер, утащила их из-под самого носа надзирателя, занятого поеданием куриных крылышек, и вернулась обратно.

Далеко не с первой попытки ей удалось подобрать нужный ключ и отпереть замок. Едва раздался щелчок, как дверь распахнулась настежь и кхассер рванул наружу, бешено сверкая безумными глазами.

— За мной, — прошелестела Тира, — я выведу тебя.

И снова Трехликая была на ее стороне. Она провела кхассера и мимо надзирателя, и мимо стражников, притянув их внимание к себе.

Только когда вышли на улицу и, рысь словно растворился подступающих сумерках, Тира смогла облегченно выдохнуть.

Снова прокашлялась, потерла шею, еще хранившую ощущение на себе чужих жестоких пальцев, и подняла повыше воротник, чтобы спрятать наливающуюся синеву.

Ее часть сделки выполнена, теперь очередь за ним.

Если повезет, то уже сегодня Мелены исчезнет из замка. А к моменту возвращения императора ее может уже не будет в живых.

Глава 20

— Придурки! — Мелена бросила подушку в сторону двери. Снаряд не долетел, бездарно плюхнувшись на пол, а неугомонная Эсса, решив, что с ней снова играют, бросилась за добычей.

С утробным рычанием она вцепилась в шелковую ткань и через мгновение во все стороны полетели перья.

— Блеск, — промычала Мел и, окончательно обессилев, повалилась на матрас.

Скука смертная! Ничегонеделание утомило хуже каторжной работы. Она изнывала, проведя весь день взаперти с маленькой рысью, и от собственной бесполезности ломило в груди. Опасность на подходе, кхассеров в городе нет, а она, вместо того чтобы готовиться к защите, кидала мячик об стену или чесала за ухом со смешной кисточкой.

На ее вопли никто не пришел, на вопросы никто не отвечал, а уж требования выпустить на волю и вовсе остались без внимания.

И все, потому что верховный кхассер приказал держать ее взаперти.

Гад!

Неужели не понимает. Что от нее гораздо больше с оружием в руках, чем в роли няньки?

Так хотелось вырваться наружу, но другого пути кроме двери, охраняемой стражниками, отсюда не было.

Император умудрился выбрать для Эссы самое закрытое место. Здесь не было дополнительных ходов и тайных лестниц ведущих в подземелья.