— Когда я прилечу, то мы обязательно посетим Бат, где пройдемся по тем же городским улочкам, по которым ходили герои романов Джейн Остин. И клянусь, что доедем до Стратфорд-апон-Эйвона, чтобы вдохновиться атмосферой, созданной для нас Уильмом Шекспиром. О, и, конечно же, — Хоэрт! Жить в Англии и не увидеть своими глазами пейзажи, описанные в истории Хитклиффа и Кэтрин1 — просто унизительно!

— Хорошая попытка, мам, — усмехаюсь я, и на моих губах впервые за последние две недели появляется улыбка. — Не знаю, откуда у тебя вдруг такие познания, учитывая, что до сегодняшнего дня все, что ты знала об Англии, так это то, что «London is the capital of Great-Britain», а Эдинбург — место, подарившее нам Гарри Поттера.

— Я основательно подготовилась к этому разговору, детка.

— Похвально. Когда ты сможешь прилететь?

— Как только решу все вопросы с салонами. Надеюсь, это не займет много времени.

Моя мать — успешная бизнесвумен. Она управляет сетью салонов красоты. Ее салоны, расположенные по всем Соединенным штатам, получили невероятную популярность благодаря знаменитым клиентам. Например, во Флориде в ее «Вендетту» ходят Тейлор Свифт2 и Хейли Бибер3, а в Лос-Анджелесе — сама Джей Ло4. Так что, к моему большому сожалению, мама не может в одночасье все бросить и улететь в Манчестер также, как это сделали мы с отцом, дистанционно прошедшим собеседование на должность преподавателя английской литературы в местном университете.

— Я уже скучаю, мам."

"— Я тоже, тыковка. Торжественно клянусь, что приложу все усилия, чтобы найти толкового управляющего как можно скорее.

Какое-то время мы молчим, что совершенно не свойственно нам обеим, а затем я тяжело выдыхаю и шепчу:

— Мне жаль, что все так вышло. Я не..

— Оливия Уитни Джонсон, если ты не перестанешь говорить мне эту фразу, то мне придется вылететь к вам, в Манчестер, ближайшим же рейсом, чтобы отвесить тебе хороший подзатыльник, — перебивает меня мама. — Что я тебе говорила?

— Если на минусы в жизни смотреть сквозь поднятый средний палец — они будут плюсами5, — тихо произношу я.

— Что? Я не слышу!

— Мама, я часами читаю классическую литературу, а ты заставляешь меня цитировать Эминема6, прости Господи!

— Эминем дело говорит.

Я хихикаю.

— Я люблю тебя, мам.

— Я сильнее. И даже не пытайся спорить, ведь я люблю тебя дольше.

Закатываю глаза и слышу недовольный возглас матери:

— И не закатывай глаза, а то вдруг они так сильно закатятся, что не вернутся на место. Хочешь на всю жизнь остаться косоглазой?

— Мама, что за шейминг7!

Мы одновременно начинаем смеяться. Слышу звук открывающейся входной двери и поворачиваюсь в ее сторону.

— Лив, ты готова? — раздается голос моего отца.

— Ой, мам, папа здесь.