Я решил, что во всех личных делах охранников кампуса должны иметься их фото, и ждал, когда контакт Харпер пришлет фото Кейна из личного дела Рассела Макпартленда.

Другого объяснения быть не могло.

Тут зазвонил мобильник Харпер, и она ответила. Из динамиков стереосистемы машины послышался голос Дилейни:

– Мы проверили все прилегающие улицы в радиусе четырех кварталов. Никаких признаков Кейна. Народ тут бродит, но ничего из ряда вон выходящего. Люди возвращаются домой из ночных клубов и баров, в конце квартала сидят два каких-то торчка в одеялах, а один малый даже дрыхнет с полным пива брюхом прямо перед входом в паб О’Брайена, на пассажирском сиденье своего «Астон-Мартина». Мы продолжаем наблюдение, но Кейна нигде не видать. Пока что.

– Так что нормально, если я повидаюсь с Бобби? – спросил я.

– Конечно, только недолго, – ответила Дилейни и отключилась.

– Иди. Я тебя выброшу и припаркуюсь где-нибудь неподалеку, – сказала Харпер.

Мы тронулись с места. Снятый для Бобби дом располагался примерно посередине соседней Тридцать девятой улицы. Я подумал, как Бобби отреагирует на то, что мне ему придется сказать. Я практически не сомневался, что сумею снять с него все обвинения прямо завтра с утра, если сегодня к вечеру у федералов выйдет поймать Долларового Билла. Так многое успело произойти! Арнольд мертв, а у меня даже не было времени осознать это… Кейн каким-то образом ухитрился подставить меня самого за убийство Арнольда при помощи очередной долларовой банкноты…

– Останови машину, – приказал я.

– Что? – удивилась Харпер.

– Останови прямо сейчас. Мне нужно, чтобы ты позвонила тому копу из Чапел-Хилла. Кейн все эти годы выезжал не за счет голого везения, – сказал я.

Харпер позвонила. Мы стали ждать. Наконец тот ответил и сказал, что только что нашел личное дело охранника кампуса по фамилии Макпартленд. Коп собирался с утра отправить его Харпер по электронной почте, но она убедила его скинуть фото Макпартленда себе на телефон и переслать эсэмэской. Коп выполнил ее просьбу, после чего я позвонил Дилейни и все это ей изложил.

Наконец-то все детальки головоломки встали на место. Мы обсуждали это десять минут, а затем Харпер высадила меня из машины перед домом Бобби, оказавшимся довольно невзрачным особнячком из бурого кирпича. Отличный район, чтобы скрываться от медийных бурь."

"Поднявшись на крыльцо, я постучал в дверь. Холод кусал меня за щеки, и я подул себе в руки, сложенные ковшиком. Холтен открыл мне, и я сразу ощутил тепло, изливающееся из дома.

Он был все еще в черных костюмных брюках и в галстуке. Без пиджака. При виде того, что он вооружен, я несколько приободрился. Под мышкой у него висел «Глок» в наплечной кобуре.

– Как вы себя чувствуете? – спросил он.

– Как кусок дерьма.