Вчера я просто открыла станицу в Instagram, прочитала первый комментарий, что-то вроде «прекрасный Влассис за нее платит, а она шляется с какими-то мужиками» и так далее, и закрыла. А сегодня с утра я думала зачем мне вообще это все а? Этот Влассис с его поездкой, и все эти люди, пишущие г…но в мой адрес? Зачем? Жила же спокойно, что началось то…

Примерно так я рассуждала, поедая кашу. Мой смартфон требовательно загудел на столе. Уже зная, что это Влассис, кто же еще в такую рань додумается названивать, я ответила почти не глядя:

– Еще же рано, – сердито сказала я, – я даже кашу не доела.

– Доедай, только прихвати с собой теплые вещи.

– Зачем?! – я даже ложку не донесла до рта.

– Затем, – усмехнулся он, – Поверь мне, если я говорю, что нужно их взять, значит нужно.

Я со стоном отодвинула от себя телефон. И куда я должна пихать спортивный костюм? Рюкзак итак битком. После того, как каша была утрамбована в моем желудке, я отправилась проделывать это с костюмом и рюкзаком.

Во мне боролись две личности. Одна говорила: ты должна быть благодарна ему, да любая бы на твоем месте от счастья умерла – увидеть такое популярное, историческое место, да еще и бесплатно! А вторая говорила: а я просила об этом? Я вообще ничего не хотела, не просила и…

Ну, примерно вот в таком взвинченном состоянии я плюхнулась в его машину на пассажирское сиденье. Это был какой-то Ford, сейчас я рассмотрела марку машины.

– Никогда не думал, что мое лицо и путешествие в легендарную Каппадокию может вызвать такой негатив у человека, – усмехнулся он криво."

"– С чего ты взял? – я в упор посмотрела в его глаза. Которые нравились всем. Кроме меня.

– Ты бы сейчас себя видела…

– Хм, – я ничего не ответила дабы не казаться вконец неблагодарной свиньей и стала глазеть в окно.

Влассис молчал. Я тоже. И чем дальше мы уезжали от города, тем мне становилось спокойнее. Мы проезжали через какие-то села, небольшие, очень аккуратные, со множеством красивейших мечетей. Дорогу постоянно перебегали стада овец. А в одном месте они просто встали посреди дороги и не желали с нее уходить.

Я хохотала, а Влассис психовал.

– Вот бараны, бл…ь! – в негодовании воскликнул он, а потом протянул мне телефон и сказал, – Ну-ка сними иди…

Он снимал все подряд, нас внутри машины, дорогу, открывал окно, ехал медленно и заставлял меня снимать дорогу, обочину, небо, короче все. Я психовала, а он приговаривал: «Ты так-то с блогером едешь, а не на бричке в своем селе…», чем злил меня до ужаса.

Теперь вот еще и бараны.

Я со стоном вылезла из машины, видимо это плата за то, что я увижу сказочную Каппадокию, буду подрабатывать оператором. Причем он долго и муторно пояснял как нужно снять, и что взять в кадр, а потом проверял.