И следом продолжил, упершись взглядом в генерала, которого мне указал Аластор. — Ещё раз спрашиваю: кто дал добро стрелять по этому борту⁈

Мои слова, произнесённые с холодной яростью, повисли в воздухе, гудя в ушах присутствующих. Офицеры переглядывались, хлопая глазами, но никто не решался взять на себя ответственность. Тишина стала осязаемой, как будто время замедлилось, растягивая секунды в мучительные мгновения. Наконец, один из них, тот самый генерал, придя в себя, выкрикнул в ответ:

— Чё сказал⁈ Это кто такие⁈ Кто их сюда пустил⁈

Слова генерала послужили спусковым крючком для последующей волны ответной агрессии.

В следующую секунду все военные пришли в движение. Офицеры выхватывали оружие, выкрикивали угрозы и приказывали нам лечь на пол.

Молча всё это понаблюдав секунд десять, я сделал шаг вперёд и, приподняв ладонь, активировал свою силу. Невидимая волна прокатилась по залу, и все находившиеся в помещении мужчины оказались подняты над полом, зависнув в воздухе, словно марионетки, без возможности пошевелиться. Их лица исказились от ужаса и непонимания, глаза расширились, рты открылись в немых криках.

Тишина вновь накрыла зал, на этот раз подавляющая и звенящая, словно под водой оказался.

— Последний раз повторяю вопрос, — произнёс я холодно, обводя взглядом замерших офицеров. Мой голос был спокоен, но в нём звучала сталь. — Кто отдал приказ стрелять по самолёту?

Ответа по-прежнему не последовало. Я видел, как их взгляды метались от меня к экранам, друг к другу и снова ко мне. В них читался первобытный страх, смешанный с полным непониманием происходящего. Кто-то пытался шевельнуть рукой, но безуспешно; другие просто закрывали глаза, словно надеясь, что всё это лишь кошмарный сон.

"

"В этот момент пространство вокруг нас исказило тёмной рябью, и посреди зала внезапно появились пять тел. Они лежали на холодном бетонном полу в бессознательном состоянии. По докладу Аластора, это был экипаж боевого расчёта, выполнившего тот роковой запуск ракеты. Их лица были бледными, одежда немного испачкана в грязи.

Рядом со мной материализовались Аластор и Кали.

— Ещё недавно они были одержимы, — сообщил бес, не удостоив замерших офицеров взглядом.

Эта информация всё изменила. Моё негодование стало резко меняться холодным спокойствием.

Всё оказалось проще, чем предполагалось: мы наивно считали, что начнём войну с демонами послезавтра, а они нанесли свой удар уже сейчас.

— Меня, моим же оружием… — пробормотал я, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

Я отпустил контроль над военными, и офицеры с лёгким шорохом опустились обратно на пол. Многие пошатнулись, кое-кто и вовсе упал на колени, тяжело дыша.

— Здесь есть лекарь? — громко произнёс я, обводя взглядом каждого присутствующего.