В лицо мне, конечно, это не сообщалось, но догадаться о мыслях отцов мне было нетрудно и без дара телепатии.

С другой же стороны, струсить и не сообщить об этой угрозе, даже если это единичный случай, я себе позволить никак не мог — становилось позорно на душе от одной только подобной мысли.

— Придётся рассказывать, — вздохнул я и поднялся с ног. А затем, почувствовав в животе пустоту, тут же добавил: — Только сначала поедим.

* * *Следующие два месяца, прошедшие без каких-либо потрясений и конфликтов, стали для меня приятным и неожиданным подарком судьбы. Пожарские полностью исчезли из поля зрения, оставив любые попытки и намерения как-то мне навредить. Вместе с ними с радаров пропали и Светлицкие, которые, что удивительно, ни разу за всё время даже не заикнулись о потере члена рода. Будто Виктория никогда и не жила среди них, и не считалась членом клана. Хотя, признаться, я до последнего ожидал вопросов на её счет хотя бы от императора. Но он, казалось, будто был даже и не в курсе случившегося.

Студенческие будни начали по-настоящему затягивать; университетская рутина вкупе с делами княжества постепенно возвращали мою жизнь в то привычное русло, которое едва не растворилось в водовороте недавних событий.

В данную минуту я сидел на лекции по высшей математике. Аудитория была наполнена привычным шорохом страниц и приглушёнными перешёптываниями. За окном медленно плыли серые облака, и редкие лучи солнца пробивались сквозь них, падая на мраморный пол. Де Лавальер, преподававшая нам этот сложный предмет, занимала кафедру, оглядывая аудиторию своим ледяным взором, которого многие из присутствующих старались избегать. Её строгая фигура вырисовывалась на фоне доски, исписанной сложными формулами. Каждый жест был отточен, а голос звучал ровно и безэмоционально, словно метроном."

"Периодически она бросала взгляд в мою сторону, словно охотник, выжидающий удобный момент для атаки. Сначала меня это немало раздражало, но со временем я стал всё меньше обращать на неё внимание.

Пока де Лавальер излагала сложные концепции об уравнениях с неразрешимыми переменными, я позволил себе чуть отвлечься. Мысли плавно перетекали от одной темы к другой, словно облака в ясном небе. Справа от меня сидела Виктория, методично записывая за преподавателем все тезисы и формулы. Её тонкие пальцы быстро скользили по странице, выводя аккуратные строки. Однако в глазах читалась усталость, вступившая в схватку с усердием и усидчивостью девушки. Я заметил, как она время от времени потирает виски, словно пытаясь отогнать всё лишнее и настроить себя на работу.

Слева за партой сидела Настя, напряжённо выводившая что-то в блокноте, лишь изредка бросая взгляд на доску.