— Вот, а поступил бы в наш Тюменский университет — и жил бы себе сейчас очень спокойно, — Белорецкий, в отличие от меня, сейчас улыбался более чем охотно и даже пытался немного пошутить."

"— Не думаю. Такие люди, как князь Пожарский, судя по тому, что я вижу, ни во что не ставят ни Вас, ни императора, — коротко вздохнул я и, наблюдая реакцию собеседника, непринуждённо добавил: — Всё то же самое происходило бы здесь, в Тюмени.

Князь, едва я закончил фразу, вмиг посерьёзнел и оглядел меня уже совсем другим взглядом.

— Это я сейчас немного не понял, Алексей. Что хочешь сказать?

— Всего лишь уточнить, — спокойно выдерживая взгляд оппонента, я продолжил: — Не так давно на вашей земле был уничтожен мой завод.

Пострадали люди. Будет какая-то реакция у Тюмени или посмевшим атаковать эту землю врагам всё сойдёт с рук?

Белорецкий был явно недоволен форматом и тоном нашей беседы. И пусть его лицо снаружи и отражало абсолютное отсутствие эмоций, но я за время нашего знакомства уже успел узнать, что на самом деле творится за этой маской. Пылающее внутри холодное пламя отражалось в его глазах, и скрыть это было невозможно.

— С рук, положим, им УЖЕ ничего не сошло, пусть и благодаря исключительно твоим усилиям. Дипломатические и экономические отношения с Пожарскими мы тоже прекратили. Тебе оказываем полную поддержку. Этого, по-твоему, мало? Или хочешь поговорить о нашем прямом вмешательстве в вашу войну? — на этих словах князь выдержал короткую паузу и, не услышав от меня ответа, так же подчёркнуто спокойно и сухо продолжил: — Так я тебе сразу скажу: как бы это цинично ни звучало, но уничтоженного завода, принадлежащего чужому роду, для этого точно недостаточно.

Помимо этого, Алексей, тебе стоит немного встряхнуть головой и вспомнить, что у меня, в отличие от тебя, зона ответственности — не в десяток людей. Повод для войны должен быть более серьёзным, и Пожарские нам его точно не дадут. Впрочем, если для тебя это так важно, иск мы им уже почти подготовили.

— Я вас услышал, дядя Женя. Скажем так, вникаю в тонкости внутриимперской политики, — решил я не лезть более на рожон и смягчить момент. — Так что не извольте гневаться, просто у меня после встречи с пострадавшими остался серьёзный осадок, — следом же, не давая образоваться большой паузе в разговоре, я тут же продолжил: — Хотелось бы ещё полюбопытствовать, что думает на счёт всего происходящего император? Нам пока ещё не довелось побеседовать, но сильно уверен, что этого разговора уже очень скоро избежать не выйдет.

— Всё просто: он приказал всем не вмешиваться.

— А ваша помощь мне…

— Уравновешивается помощью светлых с другой стороны.

— Занятно выходит.

— Ещё как. Все с большим интересом наблюдают. Так что не ударь в грязь лицом.