Держится здесь, как единица управления. Силен, обучаем, жрет все. Интересно, а соседи не будут против такого домашнего животного?

Дан

Ну и долго мне здесь столб изображать? Бабулю увели. Твари.

Я прекрасно понимаю, что против толпы не вывезу. Да и маг из меня не ахти какой, а оружием местным так и не научился толком орудовать. Какой из меня, к Касперскому, мечник? И стрелок, в принципе, приличный только в контре. Ненавижу свою беспомощность. Это, пожалуй, самое поганое чувство из всех.

Окружающая обстановка постепенно менялась, в то время как я погружался в пучины паники. Количество народа редело, пока в итоге я вообще один не остался. Из еле слышных разговоров понимаю, что народ удалился для подготовки моего убиения. Ни ушастый родственник, ни его прихвостень по кличке Третий ко мне зайти не удосужились. Не скажу, что я расстроился, но ведь их сошки также вразумительно ответить не могли. На вопрос, где бабуля и что с ней, они нервно сглатывали и говорили, что, скорее всего, она мучилась недолго.

У меня от подобного заявления разум в ступор впал. Моего плачевного состояния заметить было некому, и я, тихо-мирно осев на пол, обхватил голову руками и приготовился урыть всех к чертям. Хотя нет, бабуля чертей любила. Я этих фанатиков просто урою. Чтобы мокрого места не оставить.

Не знаю, как долго я так просидел, но из транса меня вывел смутно знакомый голос.

– Ирма, успокой своего монстра, – ворчал кто-то.

– Ваня, молчи лучше. Права не имеешь на Пушка шикать. Заведи себе такого, а потом воспитывай.

– Да упасите пресветлые боги!

– Вот и молчи.

– Да как тут молчать будешь, когда он под ногами все время вертится.

– Он не вертится, а меня охраняет. Между прочим, он вырубил как минимум шестерых.

– А остальных тринадцать уложил я.

– Молодец. Самоутвердился.

– Ирма, я тебя прошу, прекрати ерничать.

– А ты дай мне развод, и я стану самой доброй девушкой на свете.

– Не будет тебе развода! И этот зверь с нами жить не будет!

– Прекрати маленького обижать. Ты посмотри, у него глазки из-за тебя еще больше покраснели. Не расстраивайся, Пушок, этого дядю мы скоро покинем.

– Ирмочка, может, хватит уже?"

"– Ваня, я тебя по-хорошему прошу: дай развод. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Нас и так по закону развести обязаны. А мне еще и половина твоего состояния полагается.

– Ирма, ты же в политике ничего не смыслишь.

– Зато в государственных переворотах очень даже разбираюсь.

– А я сказал – нет.

– А я сказала, что уже лет сорок как вдовой живу. Привыкла, знаешь ли. Ваня, не доводи до греха, не заставляй твой обман превращать в правду.

– Милая, дай мне шанс.

– Хорошо. Отпиши на меня половину этого континента.

– Все, что захочешь.

– Слово даешь?

– Да.

– Я подумаю.

И тут моему взгляду предстала картина маслом.