– Мама, за что ты так невзлюбила Азара? Чем он тебе нехорош?

– Во-первых, тем, что женился на тебе. Поверь мне, доча, ты достойна большего, – встала на колени бабуля.

– Он Властелин, куда уж больше! – воскликнула маман.

– Но он правит только половиной мира, – спокойно возразила бабуля.

– Но его власть безгранична, – встряла Шиншилла.

– Безграничная власть лишь у богов. И вообще, Шиншиллочка, ты за кого?

– Я? – Дроу наконец поднялась на ноги. – Я за правду! – ударила она себя в грудь.

Перевожу невменяемый взгляд на сидящих правителей. Папаня явно порывается что-то сказать.

Делаю страшные глаза и протестующе трясу головой.

Он еще не знает, как это страшно, когда тебя не вовремя замечает бабуля. Я до сих пор с содроганием вспоминаю резиденцию Шиншиллы.

Но моему желанию слиться с окружающей средой не суждено было сбыться.

– Доча, а мы где? – осмотрелась бабуля.

– О, – уставилась на нас мамуля. – Мам, мы их нашли.

– А ты говорила – сковородка то, сковородка это… Тефаля еще никому и никогда не помешала, – воздела палец к потолку любимая родственница.

– Мама, а ты знаешь, что они тут делают? – хихикнула маман.

 – Они пьют.

– И ты, Брут? – На меня взглянули, как на предателя.

Почувствовал себя последним человеком.

– Бабуля, это не то, о чем ты подумала, – ляпнул я. Потом подумал и исправился: – В смысле – то, конечно, но я решил проконтролировать. Вон даже бутылку отобрал, – размахиваю емкостью, стараясь не смотреть на ошарашенные лица родни и демона. – Ты же не любишь, когда папа употребляет.

Да, это подло. Да, это не по-мужски. Но вы не видели в тот момент бабулю с матушкой. Батя у меня сильный, выдюжит. Ну а деда я и так покойным долгое время считал.

– Они тут пьют?! – взревели мамуля с бабулей.

– То есть, пока мы там с предателями разбирались, эти здесь прохлаждались? – Вопрос был адресован явно мне. Бабуля умеет загонять в тупик.

Во попал. Начинаю нервно пятиться.

– Внук, одна ты у меня кровиночка разумная, – прослезилась родная бабушка. – А врать так и не научился, – добила она меня.

– Милая… – отмер батя.

Зря он голос подал. Лучше бы свалил куда по-тихому, пока все внимание на мне сконцентрировано было.

– Милая? – передразнила маман. – Милая?! Ах ты, Наполеон недорезанный!

– Доча, здесь же дети! – встряла бабуля.

 – Давай без столь интимных подробностей.

– Слушай, Маринка, что мать говорит, – встряла Шиншилла.

– Ирма Львовна, я бы попросил, – вякнул папа.

– Проси, кто ж тебе не дает, – отмахнулась бабуля. – В письменной форме, в виде сочинения. И объяснительную на стол.

– Мама!

– Ой, точно!

– Лучше денежной компенсацией, – вставила свои две копейки дроу.

– Ирма, – пришел в себя ушастый дед.

– Цыц! Предателям слова не давали! – рявкнула бабуля.