Сложно представить, что тот, кто все это время защищал, вдруг превратился в ужасного монстра, желающего сделать больно, пугающего до глубины души. Его лицо было лишено эмоций, а вот глаза… Жуткий коктейль из арктического холода и обжигающей ненависти.

– Но это же не Огинский говорил… Это и есть Варламов, – губы мужчины исказил звериный оскал. – Женишка, значит, на кладбище, а вы в закат? А? Этой ночью ты была с ним, да? – наклоняется, утыкаясь носом мне в волосы, с шумом вдыхает их запах. А меня знобит.

– Ты трахались с ним, – утверждает, не спрашивает. – Пока я был в поездке, ты развлекалась с ним? Не ожидала, что я приеду раньше? – хватает меня за подбородок, больно сжимает, заставляя голову поднять и посмотреть ему в глаза.

– Я не… – не успеваю ответить. Жгучая боль обжигает мое лицо. Висок, скулу. Я падаю на кровать, прикрываясь руками от него. Секундный шок сменяется страхом. Из глаз слезы фонтаном, мне так больно и обидно. Зачем он так со мной?

Оскар резко поднимается, принимаясь расхаживать из стороны в сторону.

–А я, дурак, не верил, – смеется нервно, стискивая ладонями виски. Под ноги себе смотрит, словно разговаривает с собой.

Я осматриваюсь по сторонам, силясь придумать хоть какой—то план побега. Я не знаю, что нашло на Оскара, но мне страшно. И единственное, чего я хочу – уйти отсюда.

– А мне говорил Рома, – продолжает рычать сам себе, будто помешанный. –Бросил мне словно плевок в лицо. Мол, пока ты задницу за нее рвешь и таскаешься следом, пока сохнешь как дебил, она с Варламовым трахается… Не верил этому ублюдку, считал, что выводит меня на эмоции. А выходит, так и есть, – он резко поворачивается ко мне, лицо искажает гримаса злости.

Оскар срывается в мою сторону, а я отползаю к стене, стараясь хоть как—то оградиться от него.

В его глазах – беспросветная тьма. И я не узнаю сейчас в нем своего Оскара, того, кто всегда оберегал меня наравне с братом.

– Трахалась с ним? Сегодня ночью ты с ним была, ведь, да?

Мне страшно даже смотреть на него. Садист, сбросивший личину добряка. Он ударил меня и ему понравилось. Оскар упивается властью надо мной."

"Отрицательно качаю головой. Смотрю на него сквозь пелену слез, а саму лихорадит.

Оскар подается ко мне. Я закрываю лицо руками, боясь нового удара, а он за волосы меня хватает и резко стягивает с кровати. Я взвизгиваю от боли, умоляю его отпустить. В этот момент я готова сделать все, что он захочет, лишь бы это прекратилось.

– Трахалась, – рычит на ухо. – Провоняла им насквозь. От тебя разит так, что стоять, бл*ть, невозможно рядом, – сквозь зубы с презрением цедит.

По лицу моему пальцами водит, по губам. А меня трясет от страха, слезы душат.

– Я обещал Глебу оберегать тебя. Обещал, во что бы то ни стало, сохранить его бизнес.