Когда мы отошли на приличное расстояние, я укоризненно посмотрела на царевича, ожидая от него объяснений.

– Что?

– Что это была за демонстрация?

– Никакой демонстрации. Просто обнял любимую женщину.

– Константин! – устало выдохнула я, качая головой.

Ну и что мне с ним делать?

– Ты не возражаешь, если мы не будем больше ни с кем здороваться?

Не успела я уточнить, что Костя имеет в виду, как нас окутал полог невидимости. Это значительно ускорило передвижение и позволило сосредоточиться на цели визита и предстоящем общении. Стоило нам войти в покои, предназначенные для гостей Обители, как Чаровница вышла навстречу из спальни.

Мы только поприветствовали друг друга легкими кивками, как, не говоря ни слова, Санавер быстро собрала свои вещи и покинула комнаты, оставляя нас наедине с Кощеем-старшим.

Проводив чаромага задумчивым взглядом, я посмотрела на Костю и отошла на пару шагов, рукой указывая на дверь в опочивальню.

– Что? – непонимающе спросил он, переводя рассеянный взгляд с двери на меня.

– Иди. Я подожду здесь.

– Нет.

– Кость, иди. Вам надо поговорить.

– У нас еще будет время.

– А если не будет? Если что-то пойдет не так?

– Значит, так пожелали высшие силы.

Тенья, не заставляй меня. Я не готов с ним разговаривать. Не после всего, что он сделал.

– Неужели ты не можешь его простить?

– Возможно, когда-нибудь и прощу, но не сейчас.

– А меня?

– Тебя мне не за что прощать. Ты действовала по его указу.

– Не всегда.

– Тебе я прощу все, – царевич усмехнулся, – поэтому можешь не прятаться и раскрыть мне все свои тайны.

Я тяжело вздохнула.

– Твоими бы устами да мед пить…

– Хм, можем попробовать. – Константин подошел вплотную.

Его губы растянулись в предвкушающей улыбке, а в глазах плясали такие бесенята, что я покраснела.

Однако здесь было не место и не время для флирта.

– Ты даешь мне слишком большую власть над собой, царевич, – укоризненно покачала я головой.

– Потому что доверяю тебе и знаю, что ты не предашь.

– Не надо. Не верь мне. Так будет проще нам обоим.

– Поговорим об этом позже. Нам пора возвращаться на Буян.

– Да, – кивнула я, первой входя в темную натопленную спальню.

Сейчас, когда эмоции вновь были доступны мне, я почувствовала острую жалость при виде лежащего на кровати скелета, обтянутого тонкой, словно пергамент, кожей.

Мне было безумно жаль некогда великого волшебника, который довел себя до такого состояния в погоне за могуществом и нелепыми легендами. Мужчину, что предал свой народ и семью в попытке вернуть ускользающую сквозь пальцы магию.

А ведь когда-то он был столь же могущественен, как сейчас Константин. Столь же красив и пользовался неимоверной популярностью у женщин. Опять же, как и Костя…

От этих мыслей я вздрогнула, невольно оглядываясь назад.