Кажется, проблема с наемницей решена. Он криво усмехнулся, не открывая глаз. Желание победило страх, девушка оказалась отзывчивой. Отзывчивой, нежной, страстной, стонущей так, что он чуть не сорвался. Лучше бы она закрыла глаза. Но проклятая наемница не послушалась приказа и смотрела в лицо все то время, чтo он имел ее пальцами. И он чуть не сорвался. Контроль, главное – не потерять его…

Еще одно покачивание на стопах. В Терре холодно, бетонная площадка покрылась льдом и колким снегом. И качаться на самом краю – опасно. Можно сорваться. Скриф снова качнулся, едва удерживаясь на краю.

Возбуждение не отпускало. Тело словно не чувствовало холода, все ещё пребывая в горячей неге джакузи. И все ещё чувствовало соблазнительную девушку, что извивалась на нем. Он ощущал шелк ее кожи, круглый зад, трущийся о член, разметавшиеся мокрые пряди, влажные губы, которые заставляли его рычать.

Проклятый голод! Скриф выдохнул, пытаясь успокоиться. И проклятая наемница. Красивая, надо признать. И он хотел ее. Так что не помогали грань, снег и высота. Хотел вернуться, откинуть покрывало, вдавить в матрас стройное и расслабленное тело.

И на этот раз никаких ласк. Рывком закинуть ее ноги себе на плечи, рывком войти в тугое и тесное лонo. Брать ее долго и сильно, заставить уже не стонать, а кричать . Οт наслаждения, что они разделят на двоих.

Вот чего он хотел.

Скриф втянул ледяной воздух.

Надо сделать это быстрее. Избавиться от нее быстрее. Слишком… остро. Α он любит острое. Любит и не позволяет себе много лет. Потому что нельзя терять контроль…

***

Когда я проснулась, линкха в лофте снова не было."

"Потянулась, жмурясь от яркого солнца, что било в стеклянную стену.

Никто не позаботился тем, чтобы задвинуть шторы,и лофт тонул в белом сиянии. Похоже, в Τерре идет снег, в этом году зима затянулась. Календарь уже сообщал о весне, а на улице шел и шел снег. В Химере поговаривали, что освобождение Древнего Зла влияет на оба мира.

Я эти разговоры слушала краем уха, но и меня беспокоили дыры между мирами.

Легкое жужжание заставило меня подскочить, а потом свеситься с кровати, рассматривая лофт. По полу сновали шустрые круглые машинки, вычищая и без того идеально чистую поверхность.

Я фыркнула, скатилась с постели и на цыпочках прокралась вниз, ожидая в любую минуту увидеть линкха.

Но, судя по всему, его не было. У панорамных окон я застыла, завороженно глядя на крупные снежинки, кружащие в воздухе. Стекло было настолько чистым, что создавало иллюзию отсутствия. Мне казалось, что стоит протянуть ладонь, и я поймаю белую бабочку зимы. Я и протянула, но пальцы коснулись стекла, и я увидела свое отражение. Обнаженная и слегка растерянная Ирис, которая широко распахнутыми глазами смотрит на снег.