Годы бессонных ночей, тысячи симуляций и рискованных экспериментов привели ее к революционной теории о возможности прямого преобразования хаотичной энергии Разломов в стабильную, чистую форму. Это была энергия, способная изменить мир. Покончить с монополией кланов на ископаемое топливо и дорогие энергетические ячейки.

И в этом была ее главная ошибка.

Ее открытие угрожало не просто научным догмам. Оно угрожало многомиллиардному бизнесу корпорации «Сокол-Энерго», дочерней компании могущественного клана Соколовых, а они не собирались сидеть сложа руки."

"Сначала они пытались ее купить.

Предлагали огромные деньги за то, чтобы она свернула свои исследования. Она отказалась. Затем они пытались ее запугать. Анонимные угрозы, саботаж в ее лаборатории, увольнение ее научных руководителей. Она не сдалась.

И тогда они решили ее уничтожить. Не физически, нет. Гораздо хуже. Они решили уничтожить ее имя, репутацию и ее мечту. Используя свое влияние, они организовали это «слушание» в Ученом Совете, набив его своими людьми — старыми, консервативными профессорами, чьи научные взгляды застыли еще в прошлом веке и которые были обязаны клану Соколовых своими теплыми креслами.

Теперь Алина стояла перед этим высоким президиумом, чувствуя себя так, словно ее пригвоздили к позорному столбу. За длинным столом сидели они — седовласые, обрюзгшие профессора, столпы местной науки. Их лица выражали скуку и плохо скрываемое презрение. За их спинами, скрестив руки на груди, стоял лощеный представитель «Сокол-Энерго», и его самодовольная ухмылка говорила обо всем. Это был не научный диспут, а трибунал.

— … таким образом, — вещал председатель совета, старый догматик, чьи собственные теории устарели еще полвека назад, — на основании заключений экспертной комиссии, мы приходим к выводу, что расчеты инженера Романовой являются безосновательными, а ее гипотеза — опасной и лженаучной фантазией!

— Но мои расчеты верны! — с отчаянием в голосе воскликнула Алина, указывая на голографический экран за своей спиной, где висели ее формулы.

— Вы даже не пытались их проверить! Вы просто…

— Молчать! — оборвал ее председатель. — Вы обвиняете комиссию в некомпетентности? Ваша карьера, девушка, окончена.

Алина почувствовала, как к глазам подступают слезы ярости и бессилия. Она знала, что права, но ее правота была никому не нужна в мире, где все решали деньги и власть. Ее теория могла изменить мир, дать ему потенциально бесконечный и чистый источник энергии.

Вот только она угрожала бизнесу тех, кто сидел в этом зале. Ее гениальность была ее преступлением и сейчас ее мечта, ее работа, вся ее жизнь вот-вот будут уничтожены этими старыми, трусливыми догматиками.