Остальное, жалкие крохи, уходили на поддержание этой дырявой реальности. Мой резерв стремительно таял и уже истощился с 10% до 1%. И все же… сквозь раздражение и усталость пробивалось пьянящее, всепоглощающее чувство.

Облегчение.

Наконец-то. Никаких больше «Мой Властелин, молю!», «Темный Лорд, вы должны!», «Повелитель, поработите!». Никаких стратегов, генералов и жрецов. Никаких героев. Я наконец свалю и буду свободен!

В итоге, эта недоделанная «шайтан-машина» сдохла, и меня с силой пушечного ядра впечатало в… некое тело.

Я очнулся. Первым ударил шум. Оглушительный, животный рев тысяч глоток. Он обрушился на мое сознание, так жаждавшее тишины, как кувалда на тонкий хрусталь. Затем пришел свет — ослепительный, бьющий по непривыкшим глазам и запах. Резкий, едкий запах озона, верный признак активного использования примитивной магии. Я ощутил слабость в чужих, незнакомых конечностях и биение чужого сердца.

Дезориентация длилась ровно столько, сколько нужно, чтобы моргнуть.

Мой разум мгновенно отсек лишнее и провел оценку. Арена. Энергетический купол. Стадо ревущих гуманоидов на трибунах. Несколько напыщенных индюков за судейским столом.

И я в центре всего этого. В слабом, нетренированном теле какого-то Калева Воронова. Имя неудачника, в которого я «попал» само всплыло в голове.

Великолепно. Просто великолепно. Похоже, я сбежал от одного цирка, чтобы попасть на гастроли другого.

Мой взгляд сфокусировался на причине этого шума. Напротив стоял молодой петух, некий Дмитрий Орлов, как снова подсказала мне остаточная память этого тела. Он упивался вниманием толпы, на его лице была написана вся спесь от его магического псевдо-таланта. Он явно готовился нанести решающий удар и произносил какую-то пафосную чушь, фильтр на которую уже давно стоял в моей голове.

Зачем они все время говорят во время «финальной схватки»? Неужели нельзя просто молча сделать свое дело? Еще одна загадка этой вселенной."

"Этот петух, Дмитрий Орлов, очевидно, счел мое безразличие и молчание за страх. На его лице расцвела триумфальная ухмылка, которую он, точно, репетировал перед зеркалом.

— Я использую свое коронное заклинание! Тебе конец, ничтожный! Пора заканчивать этот фарс! — проревел он. Толпа взвыла в предвкушении.

Надо же, в кой-то веки был согласен с подобным индивидом.

Этот некий Орлов начал свое представление. Он картинно вскинул руку, и воздух вокруг него затрещал от маны, которую он бездарно выкачивал из своего скудного резерва. Он не просто колдовал, а упивался процессом, намеренно растягивая его. Вокруг его ладони начали виться золотистые ленты энергии, сплетаясь в сложный, но абсолютно бессмысленный с точки зрения боевой эффективности узор.