Атаковали огромными режущими всё и вся водяными хлыстами, стреляли ледяными иглами, испуская их таким плотным потоком, что мало кому удавалось увернуться.

А самые сильные из врагов использовали особенные гарпуны, которые преодолевали огромные расстояния за доли секунды, а затем обездвиживали жертву и впрыскивали ей под кожу парализующий состав.

Самое опасное, что только может быть для Сирены. Так что после попадания такого гарпуна на решение оставалось не более секунды, чтобы принять яд и не достаться врагу живым.

И сейчас битва только началась, но этими гарпунами зацепило уже не меньше пятерых Стражей.

А остальным оставалось только с болью смотреть, как их товарищи гибнут и надеяться не разделить их участь.

Слишком быстро. Им нельзя умирать с такой скоростью, иначе остальные не успеют спастись.

— Бастиан Салазар! — вдруг раздался крик одного из стражей. — Здесь Бастиан!

Сердце Ундара мгновенно рухнуло в пятки. Неизвестно, был ли среди нападающих сам Арман. Но, если здесь даже один Бастиан, у них у всех нет ни единого шанса. И, возможно, сейчас их народ доживает последние минуты своей жизни.

* * *— Что случилось⁈ — со своих мест за пиршественным столом подскочили сразу несколько высокопоставленных Сирен.

Остальные гости тоже начали активно переглядываться, не понимая, что происходит.

Я перевёл взгляд на королеву Мериссу. Она старалась держаться невозмутимо, но так сильно вцепилась пальцами в кромку стола, что, казалось, камень, из которого он сделан, сейчас просто раскрошится под её руками.

Азурион тоже резко побледнел.

И только Нэрис, третья из известных мне представителей королевской семьи, не меньше остальных не понимала, что творится.

Но вот первые двое, очевидно, были в курсе.

Также, очевидно, понимал всё и Тайдрин. Он встал со своего места, решительно подошёл к королеве, поклонился и сказал:

— Прошу вас, Ваше Величество, позвольте мне присоединиться к Стражам Последнего Дня.

Королева помрачнела ещё сильнее, но всё-таки сказала:

— Нет, Тайдрин. Я приказываю вам подготовить эвакуацию. Стражи знают, что делать.

Полководец сжал кулаки, но спорить со своей королевой не посмел. Вместо этого он ещё раз поклонился и поспешил прочь из зала.

— Я… — начал Азурион.

— Нет, сын, — резко отозвалась Мерисса, — ты тоже не присоединишься к Стражам. Для нас сейчас нет ничего важнее, чем спасти свой народ и сохранить раковину.

К этому моменту я уже начал догадываться, и реакция моих новых союзников мне не понравилась.

— Вы собираетесь бежать? — удивлённо спросил я королеву. — Но зачем?

— Простите, Князь Рихтер, — даже в такой ситуации, правительница Сирен не забывала о манерах, — мне очень жаль, что праздник в вашу честь завершается столь бесславно.