Создать такой щит и удерживать его во время магической битвы, когда рвутся и колеблются все энергетические линии это…

– Молодой человек, вы могли выгореть! – рявкнул разъяренный профессор.

Я же молча, бросилась к брату, обняла, одновременно передавая часть магического потока и не слушая его хриплое «Найри, там людям помощь нужна, там…».

– Тебе сейчас полежать нужно, – сказала я, хватая его за руку и уводя в лавку Алеха. – Отлежаться и выпить теплого очень сладкого чаю.

Ниран молча пошел за мной, лишь когда вошли, тихо сказал:

– Я знал, что ты не осудишь.

После такого я могла лишь спросить:

– А кто осудил?

Но едва мы вошли в саму лавку, я сразу поняла кто – братья Шилли.

У Алеха был сломан нос, Сэм хрипел, баюкая сломанную руку, оба мрачно глянули на Нирана, и даже не улыбнулись мне.

– Найри, – Алех говорил в нос, и пытался остановить кровотечение, – как ты с Германом разминулась? Ты же выходишь из дому без четверти восемь!

– Сегодня пораньше вышла, нужно было на торговую улицу зайти, – торопливо ответила я, провела Нирана к скамье, с силой усадила и подбежала к Алеху, отнимая его руки от искалеченного носа.

 – Правильно сделали, что Германа за мной послали, иначе у тебя бы нос кривым остался, – заметила я, начиная лечение.

– Дура, – неожиданно грубо, произнес старший Шилли. – Я Германа отправил, чтобы он тебя из города увез!

Грубость была более чем неприятна, но я позволила себе лишь укоризненный взгляд, и приказала:

– Сядь.

Затем добавила «Пожалуйста», потому что Алех продолжал стоять. Опустился на стул он как-то обреченно, затем его руки обняли мои колени, но я не обратила внимания – осколки костей нужно было прирастить, и сделать это аккуратно.

Не прекращая работы, спросила:

– Сэм, очень больно?

– Потерплю, – ответил средний Шилли.

Я кивнула, закрыла глаза и сосредоточилась на исцелении. Работа была не сложная, но кропотливая, а еще у меня было катастрофически мало времени.

К сожалению, основную проблему я заметила не сразу – у Алеха был значительный внутренний ожег. И сотворить подобное была способна лишь боевая магия, причем один из пренеприятнейших ее разделов – истязания с целью получения сведений.

– Ты вздрогнула, – прогундосил Алех. – В чем дело?

– Почему не сказал, что внутри все огнем горит? – спросила я, стараясь не думать о том, кто мог столь жестоко поступить с парнем.

Старший Шилли промолчал.

– У Сэма повреждения сильнее, – внезапно сказал Ниран, – ему Метку смерти поставили.

Вот теперь я содрогнулась всем телом, едва не нарушив собственную работу.

– Тихо-тихо, – Алех погладил меня по ноге, – все хорошо, малышка, все совсем хорошо. Слушай, у нас у бабки в Брейне лечебница есть, так вот…

– Найри не поедет в Брейн, Алех! – отрезал Ниран.