И как-то совсем невольно я обняла его голову, погладила по светлым спутанным волосам, как погладила бы ребенка…

– Продолжай, – неожиданно произнес незнакомец.

Вздрогнув, мгновенно убрала руки.

– Ты пахнешь дымом, – он шумно вдохнул, – и чем-то неприятным, вроде одной из окраинных ночлежек. Ночевала не дома?

Сумасшедшие часто бывают очень проницательны.

– Дома, – солгала я. – И вам тоже пора домой.

Снова шумный вздох и задумчивое:

– Твой дом пахнет мятным чаем и настойкой пустырника, у тебя горе и ты его отчаянно запивала, а эту ночь провела в ночлежке.

Он поднял голову, и посмотрел в мои глаза. Прямо посмотрел, внимательно, и этот проницательный взгляд заставил поежится, будто от озноба. Впрочем действительно было холодно.

– Отпустите меня, – ровным тоном попросила я.

С умалишенными нельзя разговаривать иначе, только мягко, вежливо и доброжелательно.

Но этот странный мужчина продолжал пристально рассматривать меня, в итоге произнес:

– Хорошенькая, – я уже было собиралась поблагодарить за комплимент, как незнакомец добавил, – ладно, я согласен на утешение. Только не у тебя, у тебя запах отвратительный, лучше ко мне сразу.

– Что? – возмущенно переспросила я.

Ничуть не убоявшись моего вопля, сумасшедший вкрадчиво добавил:

– Ммм, у меня есть чай. Мятный.

Я молча высвободилась из его рук, встала, нервно оправила юбку и плащ, и уже собиралась высказать все, что думаю по поводу его предложения, как увидела его вмиг погрустневший и потускневший взгляд.

– Не нравлюсь, – с горькой усмешкой произнес сумасшедший и снова отхлебнул из бутылки, – и тебе тоже…"

"И я, Найрина Сайрен, вместо того чтобы пощечиной ответить на гнусное предложение, вновь присела рядом, взяла его ладонь и сбивчиво попыталась объяснить:

– Поймите, ваше предложение оскорбительно.

– Чем? – хмуро поинтересовался он.

Не нашлась что ответить. Несомненно, у него помутнение разума, раз не осознает очевидных вещей, но незнакомец казался до крайности несчастным, а потому я постаралась быть предельно корректной:

– Мы не знакомы и…

– Эллохар, – мне протянули руку для рукопожатия.

– Магианна Сайрен, – опешив, ответила я, и мне потрясли руку в крепком рукопожатии.

– Так что, ко мне? – решив, что дело сделано, вопросил мужчина, и даже попытался подняться.

– Нет! – воскликнула я.

Он снова сел, и очень устало посмотрел на меня. И выглядел в этот момент смертельно усталым, а на меня смотрел как на издевающуюся над умирающим. Я даже виноватой себя почувствовала.

– Поймите, я не могу так, – вновь начала объяснять я.

– Да ладно, – он хмыкнул, – тебе даже делать ничего не придется, расслабишься только, вся ответственная работа все равно на мне.

Судя по тому, как жарко вдруг стало – я основательно пунцовая. Даже уши горят.