Тут мне пришла в голову идея, и я спросила у разумного существа:

— Может, вы знаете, нет ли поблизости пещеры, доверху наполненной золотыми кругляшками? — кажется, в этот момент мои глаза горели жадностью, но слишком уж я воодушевилась. Разве не так прячут в подобных мирах свои сбережения? Далеко не все готовы отдать горы золота ушлым карликам на сохранение.

Вот только размечтаться о кладе мне не дали. Спригган довольно быстро разнёс мои мечты, сказав:

«Нет. В лесу их нет», — после чего добавил: — «А на горе ими всё пропахло».

Проследив за взглядом фейри, увидела тёмный замок и загрустила.

— Да, там дом того, у кого этих кругляшков немерено.

«Помогу», — сказал уверенно спригган, отчего я икнула и кинулась отнекиваться:

— Что? Обчистить правителя этих земель? Нет-нет, спасибо! Я лично знакома с его, м-м-м, — замялась, подбирая слово поблагозвучнее, на случай если один серый волк опять ошивается рядом, — воинами. Они быстро меня поймают и накажут.

Внимательно выслушав меня, хозяин леса покачал головой и ошарашил:

«Нет. Не красть. Большой дом. Могу дать тебе его»."

"— Как? — осипшим голосом спросила я, пытаясь переварить такое щедрое предложение.

Больше спригган не стал что-то говорить, он просто вытянул передо мной руку и засветился ярче обычного. На лес уже опустились сумерки, но рядом с таким существом мне было всё равно, да и всем моим вниманием завладела первозданная магия.

По сплетениям жгутов древесного тела побежали золотистые искорки. Они струились, будто кровь по венам, беря начало в груди жуткого создания и сосредотачиваясь на его предплечье. Когда свет на руке стал невыносимо ярким, там что-то затрещало, а затем у меня на глазах прямо из коры сприггана выросли две белёсые веточки — примерно с ладонь каждая, они имели по несколько листьев мятного цвета, а также стволы похожие на лозу.

Словно заворожённая я смотрела на это чудо, чувствуя, как от яркого света слезятся глаза. А стоило тому погаснуть, как фейри без колебаний отломил выращенные прямо на себе веточки и протянул мне.

Лишь после этого он сказал, пожалуй, самую длинную фразу за всё время нашего знакомства:

«Когда сойдёт снег, дай им землю и держи, не отпускай, пока они не зацветут. Сделаешь так, дом будет слушаться только тебя».

— Слушаться? — эхом повторила я, всё ещё ошеломленная случившимся. — Я смогу его менять по желанию?

«Да. Мысленный приказ. Когда сделают как надо, прикажи и станут прочными».

Словно невиданную драгоценность, приняв ростки, я не могла поверить, что только что решила главную проблему. Самую дорогую и долгосрочную проблему из всех…

Если правильно помню, то оставшуюся часть дороги до опушки я шмыгала носом, утирала слезы радости и бесконечно благодарила шагающего рядом сприггана.