В руке у каждого громадная палица с привязанным жилами зверей каменным набалдашником. Земля под их ногами тяжко трясется.

Он снял со спины лук, принялся молниеносно накладывать стрелы, выпуская одну за другой. Невр вдруг узрел, что в первого гиганта ударила не обычная стрела из дерева, а светящаяся, словно солнечный луч. Велет охнул, когда огненная стрела ударила в грудь, и тут же с грохотом рухнул. Второму стрела угодила в плечо, следующая ударила в голову. Земля содрогнулась, когда великан с обожженным лицом упал замертво.

Таргитай изумленно схватил стрелу и выпустил в воздух.

Вверх, к небесам ушло сияющее золотистым копье, словно сотканное из солнечного огня. Оно поменяло направление, тяжело понеслось вниз, ударив еще одного велета в спину. Он как раз рубился с одним из богов. Таргитай узрел знакомые и незнакомые лица – воинственный Перун с чубом на бритой голове, седовласый Числобог, что орудует громадным посохом, Даждьбог с огромным мечом, Ярило с палицей из чистого огня. Могучий Велес в медвежьей шкуре с дубиной. Здесь и Мара, и Мокошь, и Лель, другие богини, сражаются наравне с мужчинами. И множество других, более молодых и древних богов, которых Таргитай никогда не зрел и про каких никогда не слышал даже от деда Тараса, когда был ребенком в Лесу.

Они стали один за другим оборачиваться, затем, видя его, кто-то кричал «Сварог с нами! Небесный кузнец!» Перун радостно оскалил зубы, но промолчал. Он рубится сразу с тремя велетами, двигается быстро, рубит мощно, сокрушая врагов, как детей. Но левая рука свирепого бога войны уже ранена, на лбу тоже широкая рана, что заливает кровью лицо.

Ноги сами понесли Таргитая в гущу боя. Он накладывал на лук одну стрелу за другой, посылал их в цель огненными копьями.

Они поражали велетов, обжигали, оставляя рваные обугленные раны.

Велеты падают от стрел Таргитая один за другим. Он несколько раз собирал стрелы, безжалостно выдергивая из тел, снова стрелял, поражая врагов насмерть.

Наконец, отбросил лук, руки потащили из перевязи за спиной Меч. Клинок заблистал ярче самого солнца, что, как начищенный таз, висит в центре ослепительно голубого неба и жарит с высоты велетов и богов, праведных и неправедных, разбойников и дружинников, крестьян и бояр одинаково.

Меч запел свою победную песнь, в то же время рыча, изголодавшись по свежей крови. Таргитай видел бегущих на него гигантов, бросался навстречу, вскидывая Меч. Клинок ведет бой сам, невр лишь крепко держит в руках, а Меч – рубит, колет, разбивает головы, разваливает тела до пояса, перерубает сонные артерии, пронзает сердца, рвет чужие легкие, и песнь его, слышимая одному лишь Таргитаю, становится все громче, яростнее.

Невр вдруг узрел, что он одного с велетами роста, и уже вот сбил одного с ног ударом кулака в голову.