В Красноярск мы приехали как раз вовремя. Дирижабль кружил над вокзалом и заходил на посадку.

Мы припарковали машину и направились к перрону. Надя все порывалась купить цветы, но я ее отговорил. А то бывший король еще забалдеет от почестей. Однако похвалить его стоило за оказанную помощь графу Бердышеву.

Когда мы подходили к дирижаблю, мимо нас пробежала группа жандармов.

— Ну не-е-е-е-е-т! — застонал я от безысходности. — Почему сейчас? Почему со мной…

Тут и без помощи Болванчика легко понять, по чью душу они стягивались.

Дверь открылась, и первым на перрон вышел Валера, держа за шкирку двух молодых ребят.

— Стоять! — крикнул один из жандармов, опасаясь подойти ближе.

Из-за спины Валеры показались двое проводников и замахали руками.

— Арестуйте их! — крикнул мужчина в форме пилота. — Эти двое аристократов учудили дебош и спровоцировала драку с персоналом!

Валера спокойно стоял и выглядывал меня.

— Пойду к нему… — с грустью сказал я Наде и начал продираться через толпу.

Двое молодых аристократов осыпали всех проклятиями и угрожали позвонить родителям. Хотя по их нетрезвым лицам было видно, что они немного не в себе.

Наконец, мне удалось пробиться к трапу.

— Извините, это мой заместитель!

— О, Миша! — расцвел Валера и помахал мне рукой вместе с щуплым выскочкой. — А я тут сделал доброе дело! Хороших людей спас от этих…

— Это же Михаил Кузнецов! — зашептались вокруг.

— Молодец, Валер. Теперь передай этих идиотов в руки жандармов и поехали домой, — похлопал я его по плечу.

— Я этого так не оставлю, — шипел один из парней. Белобрысый с кудряшками.

— Мой отец… — начал второй с веснушками и рыжий.

Почему они все так себя ведут? До сих пор меня сильно смущает этот вопрос, и я никак не могу привыкнуть.

Мнимое влияние авторитета, связей и денег создавало очень сомнительный коктейль характера некоторых молодых парней.

— И что он сделает? — спокойно спросил я.

— Он найдет тебя! — зловеще улыбнулся кудрявый. — И заставит пожалеть.

— Вот как… А может, ты мне дашь его телефончик? Скажу, что его сынок полное сыкло. А может, убить тебя? Чтобы он объявил мне войну?

— Только попробуй! Отец сотрет тебя с лица земли!

Но в глазах кудряша появился легкий испуг. Судя по всему, пары алкоголя быстро выветрились из его башки, и он узнал меня.

— Я приношу извинения, — замямлил рыжий. Кажется, он был куда сообразительнее и разумнее своего друга.

Жандармы подошли, и Валера аккуратно передал обоих в руки слуг правопорядка. На них надели наручники и повели к бобику.

— Простите за доставленное неудобство, — подошла миловидная стюардесса к Валере.

— Ничего страшного, девочка, — таким обращением он смутил ее еще сильнее. — Подданные должны чувствовать себя в безопасности.

И погладил ее по голове, как щенка.