— Потанцуешь со мной?"

"Блядь, да что она творит?! Глаза Аскара вспыхивают и он, очарованный ее шармом, одним резким движением скидывает блондинку со своих колен. Проводит ладонью по ее гладкой ноге, начиная от щиколотки и постепенно поднимаясь к колену. Ее это только забавит и она, запрокинув голову, начинает тихо смеяться. Я дергаюсь, когда мой друг наклоняет голову к ее ноге и целует мягкую кожу. Еще мгновение и я размажу их обоих по стене.

Аскар — важный партнер нашей фирмы. Не сказал бы, что мы близкие друзья, в мире бизнеса нет друзей, но если он продолжит облизывать ее ноги, я переломаю его длинные пальцы, которые с каждой секундой поднимаются ближе к ее юбке.

Аскар встает и Адель, схватив его за ворот белоснежной рубашки, тянет за собой. Они отходят ближе к пилону, и она прилегает оголенной спиной к его груди. Аскар, не медля ни секунды, кладет свои липкие клешни на ее бедра и вжимает ягодицы в свой пах. Он запускает свои пальцы под ее юбку и касается там, где ему быть запрещено.

Внутри меня разжигается огонь, он заставляет вскипать и бурлить кровь. Адреналин мощным скачком бьет в голову и я, словно сорвавшийся с цепи, подрываюсь с места и одним резким движением тяну Адель в сторону. Она ахает и, запутавшись в своих ногах на высоких каблуках, спотыкается. Хватается за ткань моей рубашки, и я одним рывком тяну ее на себя так, что она оказывается в моих объятиях.

— Тим, ты чего? Мы же просто развлекались, — Аскар вскидывает руки, показывая удивление.

— Развлекись с той блондинкой, что недавно отсасывала тебе, — я продолжаю испепелять взглядом Аскара и максимально сдерживаю себя, чтобы не сломать ему руки за то, что попытался стянуть с нее трусы прямо на моих глазах.

Адель начинает ерзать в моих руках, и я резко поворачиваю к ней голову.

— Шлюха. Обыкновенная шлюха, — я с силой стискиваю ее скулы одной рукой, другой продолжаю сжимать ее талию. Первое время она продолжительно смотрит на меня, а после начинает смеяться. Да что, блядь, с ней такое?

Я тяну ее в сторону бара, и она, еле волоча ноги, шатается и едва не падает со ступеней. Вывожу ее на свет светодиодов, подцепляю пальцами подбородок, заставляя поднять голову.

— Что такое, Тимур? Нравится разглядывать мое лицо? — Адель прыскает и вновь заливается истеричным смехом. И я понимаю, в чем дело.

— Что ты принимала?

Ее черные зрачки расширены до того, что почти полностью доходят до радужки. Капилляры в глазах лопнули и поэтому глаза кажутся жутко красными.

— Я спросил у тебя, что ты нюхала?

— Я? — она закусывает изнутри щеку и вновь широко улыбается. — Я ничего не нюхала. Нюхала. Какое смешное слово.

Адель вновь начинает смеяться, что окончательно действует мне на нервы. Удивительно, но она где-то нашла наркотики и приняла их.