— Пресветлая богиня, что с тобой произошло? Кто, кто это сделал?

От неподдельного участия в голосе мужчины, еще от испытываемой боли, ну и самую капельку от жалости сама к себе я разрыдалась в голос. Лор поднял мое тельце на руки и положил на кровать, стоящую теперь у стены, что я разрисовала, тем самым скрывая мои художества.

— Лор, позвольте ее осмотреть, — пикнул было лекарь, но я вцепилась в Танаиса мертвой хваткой и ни за что не соглашалась отпустить.

— Лессиль, позволь лекарю тебя осмотреть, — мягко обратился ко мне лор. — А после ты все расскажешь.

Я отчаянно замотала головой, точнее попыталась, потому что виски тут же пронзила жуткая боль, а перед глазами замелькали мушки, накатила еще большая тошнота, чем была.

Стараясь избавиться от боли и тошноты я отпустила лора, свернулась в клубочек и задышала часто-часто, смаргивая слезы. Танаис поднялся, освобождая место для Симитрия, позволяя ему приблизиться. Про дону Ледару я в эти минуты вообще позабыла, она притихла, а может и вовсе сбежала из комнаты. Интересно, поверят мне, что это она все сделала или нет?

— Так, так, — приговаривал лекарь, водя надо мной руками, — сейчас посмотрим.

Затем последовали краткие минуты тишины, раздавалось лишь тяжелое дыхание лора Танаиса.

— Ну что там? — не выдержал он.

— Лор Танаис, — замялся лекарь, выпрямяясь, — давайте поговорим за дверью.

— Да что ты тянешь? — вспылил хозяин замка. — Говори уже, что увидел! — Но все же направился вслед за лекарем к двери. — Дона Ледара, ну что вы тут стоите? Подайте Лессиль воды, хотя бы!

— Лор, все очень серьезно. — Услышала я тихий голос лекаря из-за притворенной двери. — Все указывает на то, что мию Лессиль избили.

У нее тяжелые травмы головы, поврежден нос и кожные покровы. Нарушена работа некоторых внутренних органов. Такое впечатление, что ее намеренно избивали. А еще мия снова будто несколько дней не принимала пищу. Организм ее истощен.

— Попробуй только слово вякнуть, — присев надо мной и изображая, что помогает попить, зашипела Ледара. — Ты будешь молить о садах Пресветлой, если заставишь меня оправдываться перед лором! Говори, что упала сама. Неудачно так. Поняла? — я молчала, опасаясь эту женщину. Хотелось отстраниться от нее как можно дальше.

— Тем более тебе все равно никто не поверит, — продолжала женщина. — Все знают о твоем несносном вздорном характере и непослушании! А я, так уж и быть, закрою глаза на то, что ты размалевала стену и теперь ее придется отмывать.

— Дона Ледара, — ледяным тоном обратился к няне вернувшийся лор, — объясните-ка мне, как так вышло, что мия Лессиль в таком плачевном состоянии? В то время, как именно вам доверили надзор и уход за ней.

— Лор Танаис! — всплеснула руками эта актриса.