Малкольм выглядел настоящим боевым командиром, если не считать, что забыл надеть штаны. Красные трусы смотрелись весьма впечатляюще в комплекте с мечом и кожаной кирасой.

Мама нырнула к Колоссу, и мой желудок остался где-то в вышине.

В краткий миг полета я успел оценить величественные черты статуи, ее металлический лоб с короной, усаженной острыми шипами, представляющими солнечные лучи. Колосс должен был показывать Нерона в образе бога солнца, но император нашел мудрое решение, придав лику статуи больше сходства с моим лицом, чем со своим. Лишь линия носа и безобразная борода, фирменные черты императора, указывали, с кого списан бронзовый великан.

Также… Я упомянул, что стофутовая статуя была полностью обнаженной? Само собой. Богов всегда изображают голыми, потому что мы – существа без изъяна. А раз так, то зачем скрывать совершенство? Тем не менее видеть себя расхаживающим в чем мать родила по Лагерю полукровок с корабельным рулем было не очень приятно.

– САМОЗВАНЕЦ! – проревел я во весь голос, когда мы приблизились к Колоссу. – Я – НАСТОЯЩИЙ АПОЛЛОН! ТЫ ОТВРАТИТЕЛЕН!"

"Как же трудно, дорогой читатель, обращаться с такими словами к собственному двойнику.

Но я это сделал. Мужественно и храбро.

Оскорбление Колоссу не понравилось. И едва только Мама и ее солдаты отвернули в сторону, как великан ткнул рулем вверх.

Вы сталкивались когда-нибудь с бомбардировщиком? Перед моим внутренним взором промелькнул Дрезден 1945 года, когда самолетов в небе было так много, что я буквально не мог найти свободную полосу движения. А регулировка оси солнечной колесницы заняла потом еще несколько недель.

С опозданием я понял, что муравьи не настолько быстры, чтобы уклониться от приближающегося лезвия.

Надвигающаяся катастрофа разворачивалась передо мной в замедленном движении. В самый последний момент я крикнул:

– Ныряй!

Мы рухнули вниз, и руль лишь зацепил муравьиные крылья, но и этого оказалось достаточно, чтобы отправить нас в неконтролируемое пике.

К счастью, песок на берегу был мягкий.

Я проглотил его полную пригоршню.

По чистой случайности, обошлось без жертв, хотя Кайле и Остину пришлось поднимать меня на ноги.

– Ты в порядке? – спросил Остин.

– Вполне. Нам нужно поспешить.

Колосс уставился на нас сверху, пытаясь, наверно, понять, умираем ли мы уже в агонии, или нам нужно добавить еще боли. Я хотел привлечь его внимание, и мне это удалось. Ура.

Рядом Мама и ее солдаты стряхивали песок со своих панцирей.

– Спасибо. А теперь спасайтесь. Улетайте!

Повторять не пришлось. Думаю, муравьи инстинктивно боятся огромных гуманоидов, нависающих над ними и грозящих раздавить тяжелой пятой. Мама и ее охранники с жужжанием вознеслись в небо.