От имени Владетельницы Инги и от нас всех позвольте поприветствовать вас в Санкт-Петербурге! Ну и в тепличке!

Глава 3

Мне всегда казалось, что после слов «добро пожаловать» начинается что-то приятное. К примеру, тебя впускают в квартиру, где с кухни доносится запах ароматного курника. Или на работе сразу наливают чай, достают из шкафа дешевые пряники и коробку конфет, оставшуюся с праздников. Ну, или на крайний случай, с хлопком открывается бутылка с шампанским и пенный напиток разливается по фужерам.

Нынешнее «добро пожаловать» заключалось в том, что зеленицы перетащили меня ближе к столу, облокотив на одну из стен, да прикрыли «срам», как выразился Травянистый. Двигаться я по-прежнему не мог. Секатор, лежащий в углу, не взяли — и на том спасибо.

— Может, вы меня расколдуете? — поинтересовался я. — У меня вообще-то нос чешется.

— А зачем? — искренне удивился Фисташковый.

— Расколдовывать мы тебя не будем, — решительно подошел Лаймовый и стал тереть кончик носа. — Здесь? Ну вот, видишь, одной проблемой меньше. Главное, чтобы больше ничего другое не зачесалось, — он со страхом скосил глаза на прореху в джинсах. — А над печатями только Владетельница власть имеет.

— Так отнесите меня наружу, где печати не работают.

— Нельзя! — отрезал Ядовито-зеленый. — Там нас заметить или услышать могут. А здесь ты под защитой Владетельницы.

Такая себе защита, конечно, если ты не можешь пошевелиться. Лично мне очень не нравилось. Единственный вариант поскорее убраться отсюда — разобраться в чем дело. Поэтому я решил выведать у зелениц, в чем у них заключаются их трудности."

"— Смотри в чем проблема, — стал объяснять Лаймовый. — Мы в Петербурге всегда работали с дивьими людьми. Они к травам и прочим растениям особое отношение имеют. Характер у них сложный, но ежели с ними общий язык найдешь, то все отлично будет.

— И что же случилось?

— Перестали товары нам поставлять. У нас с ними бартер был. Мы им либо деньги, либо травки лечебные, ну и прочее. У Владетельницы много чего имеется. Они же нам взамен другие травки…

Лаймовый запнулся, да и остальные зеленицы как-то смутились. Будто в их действиях было что-то противозаконное.

— Какие травки? — ухватился за это я.

— Я не уверен, что мы можем это говорить, — отозвался Фисташковый.

— Так, слушайте, меня Инга сама сюда отправила. У нас с ней друг от друга секретов нет. Поэтому либо вы мне рассказываете, либо я ухожу.

Блефовал, конечно. И не столько в том, что мы с Травницей лучшие друзья. Все-таки наше замирение можно притянуть за уши, как доброе приятельство. Ну ладно, не доброе и не приятельство, но все же. Соврал я в том, что сейчас психану и уйду. Я в знак протеста мог разве что под себя сходить. Хотя сомневаюсь, что это будет выглядеть устрашающе.