Получается, отец привез ее обратно в Россию из-за помолвки с Дмитрием? Он лишь хотел выдать ее замуж, ради выгоды?

В Греции Светлана жила крайне бедно, потому она стала такой жадной к деньгам. Вернувшись в родину, она устроилась на работу в ресторан и просила у него деньги за перевод документа. Девушка стремилась заработать как можно больше.

Посмотрев на это с другой стороны, Дмитрий понял причину странного поведения девушки. В то же время он понял и что имел в виду Максим. Его настроение стало тяжелее. Сначала оглянувшись, он спустился по ступенькам, сел в машину и уехал из больницы.

В больнице.

Светлана не съела ничего на обед и теперь была немного голодна.

— Мам, я хочу плов, — Светлане внезапно захотелось съесть что-то ароматное.

Виктория знала, что беременным часто сложно угодить, когда дело касается еды.

Есть пословица: если тянет на сладкое, то будет девочка, а если на острое, то мальчик. А тут как-то даже не понятно, кто родится.

— Я вернусь домой и приготовлю тебе, — сказала Виктория Александровна, вставая со стула. Она боялась, что никто не позаботится о ее дочери, пока та лежит больнице.

Светлана оценила заботу матери и улыбнулась.

— Доктор сказал, что я в порядке, только нужно немного отдыхов.

Если бы не беспокойство о ее будущем ребенке, она бы вообще не легла в больницу.

Виктория Александровна кивнула, и, прежде чем покинуть палату, попросила дочь тоже хорошенько отдохнуть.

Когда она вышла из машины и направилась к своему месту жительства, ее внезапно остановила группа пожилых женщин. Это были жительницы того же микрорайона.

Виктория Александровна и ее дочь переехали сюда совсем недавно. Жили они тихо, мирно, и ни с кем не ссорились. Когда же ее остановили, она женщина невольно нахмурилась.

— Что вы делаете?"

"— Твоя дочь забеременела до брака? Гулящая она у тебя, в подоле принесет как пить дать! — Первой заговорила пухлая женщина средних лет. Она жила по соседству с Викторией Александровной.

— Вот сколько я на вас смотрю, никогда бы такого не подумала. Не ожидала я, что твоя дочь такая. Разве ты не говорила, что ей всего восемнадцать? — продолжила толстушка, положив руку на талию. Женщина вела себя крайне агрессивно.

От такого заявления Виктория Александровна аж побледнела.

— С чего вы это вообще взяли? — сказала она дрожащим голосом.

— Значит мы ошибаемся, и твоя дочь не беременна?

У Виктории задрожали руки. Ведь все так и есть, ее дочь действительно беременна.