Мне хотелось бы восстановить наши добрые отношения и покончить с печальным прошлым. Поверьте, я больше не желаю Вам зла. Буду искренне рад, если Вы навестите меня не один, а со своей матушкой. Надеюсь, мое приглашение не нарушит Ваши планы, и мы сможем увидеться в ближайшую субботу.

Ваш преданный слуга

Руперт Лэнгуорт, барон Перли».

Джулиан набросал несколько строк, распорядился передать записку и письмо барона вдовствующей герцогине, а сам спустился в конюшню, оседлал коня и отправился на встречу с однополчанами.

Вот и они — верные друзья, не раз выручавшие его из беды. Лорд Альфред Понсонби — пожилой джентльмен с гривой седых волос и пушистыми бакенбардами, под Ватерлоо буквально за шиворот выволокший Джулиана из-под удара французского штыка, — приветственно кивнул и с видом знатока заметил:

— Что ж, старина, твой конь выглядит вполне прилично.

— При случае Залп без труда обойдет вашу резвую лошадку, милорд.

— Залп, говоришь? Может, и обойдет при таком-то имени. — Лорд Альфред повернулся к остальным джентльменам: — Помнится, сам Веллингтон прозвал Джулиана Залпом, сказав, что он носится по полю битвы со скоростью пушечного ядра. Значит, теперь ты передал это прозвище своему коню, и он «крестник» нашего великого старца?

Все дружно рассмеялись, а потом майор Рейли вздохнул:

— Сейчас Железному Герцогу не позавидуешь. Ему нелегко приходится. Виги и граф Грей только и ждут удобного момента, чтобы окончательно доконать его. Одно слово — политика, черт бы ее побрал. Кстати, Джулиан, я виделся с Артуром на прошлой неделе. Он знает, что ты наконец возвратился в Англию, и рад этому.

— Поразительно, до чего быстро распространяются слухи. Я приехал из Италии всего месяц назад. Каким образом лорд Артур мог узнать о столь незначительном событии? Ведь он круглые сутки занят делами государственной важности.

Повидав старых приятелей и восстановив душевное равновесие, Джулиан вернулся на Рексфорд-сквер. Добротный георгианский особняк по завещанию отца достался младшему сыну, что категорически не устраивало Лорелею Монро, зато вполне устраивало Джулиана.

Войдя в дом, он не стал дожидаться появления дворецкого Тэвиша, пересек просторный холл, открыл дверь гостиной и не без удивления обнаружил там двух визитеров. На мягком диване в облаке пышных розовых юбок живописно расположилась Роксана Рэдклиф. Напротив — на самом краешке стула — примостился Харлан Уиттакер. Напряженно выпрямив спину и сложив руки на коленях, он взирал на свою визави даже не с восторгом, а со священным трепетом. В нормальном состоянии Харлан был вполне привлекательным мужчиной тридцати четырех лет от роду, не очень высоким, но сильным и хорошо сложенным. Однако сейчас он являл собой весьма жалкое зрелище.