Обхожу её, закрывая своим телом дверь, в считаные секунды.

Ещё никто не уходил так просто, кидаясь дерзкими словами.

– Животное?

Поднимает гневный взгляд, поджимает губы и взмахивает ладонями, касаясь моих плеч. Отталкивает.

А когда реакции не следует – начинает молотить.

– Уйди.

Ловлю её за запястья, сдавливаю и не даю ударить ещё раз. Толчки слабые, но это скорее от злости. Хотя я ещё терпелив.

Что за выходки?

– Ты останешься, – чеканю. Это «я не хочу, не буду» меня не устраивает. Я сказал ей, что пора взрослеть. И да, во взрослом мире приходится делать то, что тебе не нравится.

Спрашиваю аккуратно, хотя хочу её прибить.

Меня ничуть не задело её слово, кинутое… Просто так? Что она имела в виду под этим?

Хотя плевать. Дело даже не в нём. Я загораюсь как фитиль, как бенгальский огонь только от её неповиновения.

Меня раздражает такое поведение. Я люблю порядок, покорность и послушание.

Яра – полная противоположность этих слов.

И это заводит. Бесит, но возбуждает одновременно.

Впервые со мной такое, что мне нравится эта непокорность, как наша с ней игра постоянно меняется, и она находит новые ходы, о которых и думать не мог.

И эмоции вызывает…

– А кто ты ещё? Приволок меня сюда, заставил смотреть на полуголых баб. И ещё…

Прерывается.

– Что ещё? – нетерпеливо спрашиваю и делаю шаг вперёд, оттесняя её обратно к дивану.

Смотрит на меня своими огромными глазами, поджимает пухлые губы. Молчит. Не теряется, но говорить не хочет.

– Ну? Давай. Раз начала, то продолжай.

Сильнее стискиваю её запястья и останавливаюсь возле дивана. Жуткое, безудержное желание, выжигающее всё внутри, подбрасывает пошлые картины, которые хочу сделать с этой девчонкой.

Терпи, Громов.

Первый раз – случайность, срыв. Второй будет ошибкой.

Понимаю это, блять.

А сам втягиваю воздуха в лёгкие, чувствуя аромат роз. Вглядываюсь в лицо капризной девчонки. В эту родинку, изгиб губ, прямой и аккуратный носик, разрез глаз…

Перед глазами, словно помехи, появляется точно такое же лицо. Но взгляд другой. Не такой, как этот – воинственный, гневный, с толикой обиды. А жалкий, несвойственный Яре.

А он и не принадлежит ей.

На несколько секунд понимаю, что мозг подкинул мне Лиду.

Какого хрена? Я забыл о ней. Давно. Простил все обиды.

И даже присматриваю за её взбалмошной и сводящей с ума дочерью. Которую до безумия хочу.

И я не выдерживаю. Даже не думаю дослушивать её. Отпускаю руку, обхватываю подбородок пальцами. И сам не понимаю, как впиваюсь в её пухлые губы, проникаю вглубь языком и хочу ещё.

Чувствую себя помешанным. Безумным. И дико зависимым, как бедолага в пустыне – от воды. Одна капля не спасёт. Наоборот, раззадорит. Пить захочется сильнее.