По какому поводу?

Хочет сказать, что наши с ним отношения опекуна и подчинённой закончились?

От одной мысли ладони холодеют.

Да, я этого хотела, но…

Не так быстро, чёрт…

У меня нет других вариантов, кроме этого. День рождения у меня через несколько недель.

Мы идём к столику, и Эмин помогает мне сесть, отодвинув стул. Хватаюсь за края платья, одёргивая его.

– Надела на свою голову, – недовольно отзывается Громов. Всё ему не нравится!

Аккуратно сажусь.

Мужчина обходит стол, останавливается.

Мы располагаемся отдалённо ото всех, что странно. Вокруг нас столики пустуют, и только в другой стороне зала кто-то присутствует.

Но ладно.

Меня уже радует мысль, что мы выбрались куда-то вместе. И это так… Романтично, что ли. И даже интимно.

Внезапно в лицо что-то летит. Чуть не жмурюсь, пугаясь, но быстро понимаю, что объект моего испуга… букет красных цветов, которые Громов протягивает мне со словами:

– С первым успешным отработанным днём.

Вспомнил…

Чуть не расплываюсь в довольной улыбке.

Дура…

Сдерживаю её, принимаю букет и опускаю себе на колени.

– Спасибо, – выдыхаю в изумлении, совсем от него не ожидая. – Поэтому… мы здесь?

– Почти, – опять коротко кивает, усаживаясь на стул. – Ты наверняка ничего не ела весь день.

Есть такое.

– Заказывай. Отметим. Но много не пей.

– Завтра ведь выходной, – усмехаюсь. Пить не собираюсь, но всё же.

– Не стоит, – морщится.

– Да я и не собиралась, – хмыкаю и беру меню в руки. Бегаю взглядом по списку, сгорая от смущения. Громов умеет дарить цветы. Я в диком шоке и не могу отойти.

– Выбрала? – тихим спокойным голосом спрашивает у меня. И снова предательский огонёк в груди расплывается по всем уголкам.

Дура.

От него бежать надо…

«Зачем?» – спрашиваю сама у себя.

Он мне нравится. Очень. Впервые в жизни так сильно, что каждый вечер представляю, что мы засыпаем вместе. Да, я его ненавижу, но в то же время сильное притяжение работает к нему без перебоя.

Вот и сегодня.

Днём он был говнюком, а сейчас… Хочется податься вперёд, поцеловать его. Скинуть со скатерти эти свечи, салфетки и просто заняться сексом.

Больные фантазии.

Хочу остаться с ним, получать больше внимания.

А с другой стороны – боюсь…

Что выкинет, как только я ему надоем.

Да что уж говорить… Аборт я делаю из-за нас. Ребёнок никому не нужен. А если он узнает о беременности? Силком потащит на аборт. И тогда всё рухнет. Вся моя симпатия, вся… любовь.

Громкое слово.

Очень.

Но самое верное.

Влюбилась как дурочка и боюсь утонуть в мужчине ещё сильнее.

– Да, – с хрипотцой отвечаю и диктую официанту заказ. Когда он уходит, я перевожу взгляд на Громова.

Сука.

Долбаный Аполлон, перед которым теряю дар речи.

– Я… – набираюсь сил, собираясь сказать, что хочу переехать обратно в свою квартиру.