Виктория?

- Боже мой, Витя… Что за бред ты несешь? Вы оба с ума сошли?  Ты сломаешь себе жизнь, не говоря уже о том, что просто ничего не получится, потому что вот так, с наскоку…  Я вообще соглашаюсь на это только в надежде, что за эти две недели случится что-то такое, что заставит тебя изменить планы. Обещаю, что буду молчать.

- Чудно! Спасибо за понимание и поддержку, родители. Теперь дело за малым – довести красоту до совершенства. И этим мы займемся… дня через два-три. Нужно еще немного окрепнуть. Все-таки я еще слабовата. И руку с перевязи нужно снять. Пока соберу отзывы, сведения о мероприятиях, салонах, магазинах, ну и кандидатах.

Постараюсь разумно экономить.

И не расстраивайтесь, пожалуйста. Вы же сами понимаете, что мы здесь непонятно почему и на каких правах.  Нужно как можно скорее съезжать.  Всем нам неудобно пользоваться щедростью чужого человека, зная, что отплатить за нее нечем.  Это моя вина и я постараюсь все исправить.

Обдумывая и готовя свою речь, я даже не надеялась на поддержку родителей, просто собиралась выставить им ультиматум. Мой план и в самом деле выглядел бредово. Но только на первый взгляд.

Все окружающие годами убеждали меня, что я очень красивая – и словами, и делами. И я решила поверить им, в конце то концов. И в самом деле, хотя бы попытаться получить от этого моего преимущества хоть какую-то пользу. Для себя и моей исстрадавшейся семьи."

"Я не собиралась ложиться на плаху. Просто - найти достойного человека и по мере моих сил постараться сделать его счастливым, если уж они так зацикливаются на внешности. А взамен он обеспечит моей семье нормальную жизнь.

Я хотела не бояться выходить на улицу – у меня будет охрана.

Я хотела увидеть мир – это не будет проблемой. Я хотела, чтобы папа и мама не вкалывали за копейки - навкалывались уже. Если  для этого придется  продать себя - продам. Мне надоело быть жертвой и не хотелось прожить всю свою жизнь за забором, выращивая помидоры. А если выйду за него, получать нож в тело.

Чтобы отрезать себе все пути назад, я впервые за эти годы сняла с шеи ожерелье, подаренное Миром. Я хотела жить, желательно бы с ним, но если это невозможно… Это был серьезный шаг с моей стороны. Все-таки я считала себя его женой, и его любила.

Но я родила его ребенка и хотела для дочки хотя бы защиту на будущее. А желательно и безбедную жизнь.

Ярослав… я подозревала, что именно он и есть тот самый другой возможный вариант, о котором мы говорили с Веллимиром. Не зря же меня так тянуло к нему, он нравился мне. И тот наш поцелуй - я же влюбилась, я тоже тогда была, как в бреду и не видела ничего и никого, кроме него и его губ. Я согласилась быть с ним и если бы не то потрясение от известия о споре и не Яна, то и речи не шло бы о Веллимире.