— Елена! Елена! — запоздало закричал Дмитрий, вскочил, хотел побежать вслед, но его опять удержали на стуле. — Я потом все объясню! Пойми меня! — И уже немного тише: — Что же вы и жену мою сюда привели? Зачем же так?!

— А вы как? Что же это, вступили в брачный союз, да несколько раз?

— Но ведь это же несерьёзно!

— Как несерьёзно? Что же это, раз тунгусы, значит, не люди? Можно обманывать? Мы ещё выясним, сколько лет было Ченке, когда вы с ней…

— Да что она скажет! Кто она? А кто я?! — закричал Дмитрий.

— Тихо! Успокойтесь, гражданин Набоков. Мы ещё узнаем, кто вы.

Дмитрий как-то сразу притих, сел на место на стул:

— Эх, гражданин следователь… Я знаком с самим губернатором Нефёдовым! Мы потом с вами поговорим… в другом месте.

— Если будет время, — коротко отрезал Сахаров и вытер платочком пот со лба.

Возникла пауза, в которой главенствовали негромкие вздохи. Ченка плакала, потом слёзно заговорила:

— Как то, Тима! Я тебя штала… толго… вот тоська твой…

Дмитрий молчал. Молчали все. Напряжение нарушил Сахаров:

— Так вот. Теперь мы подошли к одному из главных вопросов. Скажи нам, пожалуйста, Ченка: как вы с Дмитрием попали сюда и сколько вас человек было?

Дмитрий нервно закрутился на стуле, гневно посмотрел на Ченку, но та была непреклонна:

— Как то! Отнако каварила я. Тима был, Закпой был, я была, олени, собаки. Польше никто. На олень ехали, до-олго!.. Пуснину Тиме везли потках."

"Дмитрий зло зачакал зубами, шумно выдохнул, хотел что-то сказать, но, посмотрев боковым зрением на стражей порядка, промолчал.

— Так-с, — довольно потирая руками, улыбнулся следователь. — Первая часть допроса закончена не в вашу пользу, гражданин Набоков. Так-с? Что же, думаю, можно перейти ко второй половине. И без перекура, потому что все на месте.

— Что, ей какую-нибудь падаль приготовили? — усмехнувшись, зашипел Дмитрий. — Только не думайте, что всё это пойдёт против меня. Я буду жаловаться губернатору!

— Да хоть самому государю. Я веду дело в доверенных мне рамках закона. — И, учтиво обращаясь к Ченке, попросил: — Теперь, пожалуйста, пройдите в соседний кабинет, подождите там. Маслов! Проводи.

Ченка и Уля ушли. Кабинет наполнился напряжением, которое опять же нарушил Сахаров:

— Константин! Позови тунгуса.

От этих слов Дмитрий подскочил на месте, развернулся и застыл от ожидания. Он понял, что сейчас произойдёт невероятное.

— Что, совсем в грязь втоптать хотите? — ползучим гадом зашипел он. — Учтите, всё это болотная гниль, которая потом выльется вам в глотки!

— Угрожать? — со смехом проговорил Сахаров и, не поворачивая головы, бросил машинистке: — Занесите в протокол!

Секретарша проворно застучала клавишами. Набоков заскрипел зубами.

Вошёл Костя. За ним Энакин.