Илья Самсонович понимал, что две недели маловато, но позволить себе длительный отдых он не мог во первых потому, что дал подписку о невыезде, а во вторых оказался без наличных средств. Крупный навар, полученный от коллекции Марыси, Илья Самсонович давно просадил. Среднюю живопись покупали от случая к случаю. На содержание галлереи деньги давал заокеанский компаньен Цыганкова Майкл. Илья зарабатывал только на себя, но денег все равно не хватало. Илья Самсонович очень наделся на новый удар Марыси. Подлинники Бакста, Малевича и Лентулова могли опять на несколько лет решить все его проблемы. Илья уже разослал копии снимков с картин профессора Мюллера западным коллекционерам. Ответы от них превзошли самые радужные мечты владельца галлереи. Ему предлагали огромные деньгми. Вспомнив об этом, Илья разволновался. «После истории с Шагалом, не испугается ли Марыся иметь с ним дело?»

За невеселыми мыслями он перестал следить за дорогой и теперь с удивлением обнаружил в окне странный пейзаж, вовсе не напоминавший центр Москвы.

– Где мы едем? – Удивленно спросил он у водителя, который не разу не повернул головы в сторону седока. Ответа не последовало. Девятка летела на бешенной скорости и Илья Самсонович заметил, что они мчат через лес.

– Ты, что не понял? Я просил на Поворскую! Это на Арбате, а ты куда везешь?!

– Молчи сука. Везу куда надо. – Прошипел частник, и не снижая скорости свернул на боковую аллею. Цыганков вцепился в ручку, чтобы не завалиться. Неприятный холодок распрстронялся внутри живота. Илья Самсонович от страха обмочил брюки. В конце аллеи, у высокого дощатого забора, машина резко затормозила. Из глухой калитки вышли трое и обступили «девятку». Один из них открыл заднюю дверцу:

– Вылезай, падла. Приехали. – Заглянув в салон, сказал он Илье Самсоновичу."

"Цыганков не двигался. Ноги ему отказали. Тогда его выволокли из машины и начали бить ногами.

– Помогите! – Простонал владелец галлереи: – Убивают!

– Тебя, падла, пока не убивают, а бьют. – Спокойно заметил один из троицы, глядевший на происходящее со стороны – Ты заложил брата и замочить бы тебя стоило. Но ты нам должен деньги за картину Шагала. Принесешь двадцать пять тысяч баксов, будешь жить. Не принесешь, превратишься из кучи живого дерьма в кучу дерьма дохлого. Три дня срока и чтоб бабки были. Мы тебя отыщим.

После этих слов троица уселась в машину и «девятка» с визгом унеслась. Цыганков со стоном поднялся, отряхнул свой фирменный костюмчик от налипшей грязи, и прихрамывая гороздо заметнее, чем до встречи с обидчиками, поплелся по аллеи. В конце, у самого поворота на асфальтированную дорогу, он заметил пожилую даму, выгуливающую ротвеллера. Пес посмотрел на Цыганкова и злобно оскалился.