— Прикинь? Я — папа.

Взгляд брата стал мягче. Улыбнувшись мне в ответ и шумно выдохнув, он обхватил мою башку пятерней и обнял, вжав мордой в пальто.

— Вот видишь? И куда ты после этого побежал с пистолетом? Будь с ними, наши люди всё сделают сами. По закону. У нас официальные службы, а не головорезы.

— Ты же знаешь, что хрен я усижу на месте.

— Да знаю я, — обреченно вздохнул Макс, выпустив меня из объятий. — Поэтому предлагаю тебе для начала всё обдумать. Потом, если не придумаем ничего лучше, будем делать пиф-паф, как ты и хотел.

— Может, сразу пиф-паф? Нахрен долго думать?

— Лёха! — строго рыкнул брат.

— Пошёл ты, — отмахнулся я от него и пошёл в сторону Юлиной квартиры. — Пошли думать, мыслитель хуев.

За завтраком познакомил Юлю и Варю с братом. Пока Макс смотрел на Варю как напуганный тушканчик, будто он никогда не видел детей, сама Варя нисколько не стеснялась болтать с ним. Сидела она при этом исключительно на моих руках и только на них чувствовала себя самой важной и деловой колбасой.

— Всё ешь, — произнесла она деловито, пока Макс ковырялся ложкой в нелюбимой им рисовой каше.

— Спасибо, — кивнул этот выкидыш института благородных девиц.

— Может, Камазу позвоним? — предложил я.

— Зачем? У нас и местный начальник полиции в хороших знакомых.

— Может, Камаз получше что-нибудь предложит? — предположил я. — Опытный мужик. Помнишь, сколько он нам про работу опером рассказывал?

— Помню, — кивнул Макс, давясь сладкой кашей.

— Звоню, короче, — бросил я. — Булочка, поиграешь пока с мамой? Мне нужно кое-куда позвонить.

— Варя, пойдём приберем игрушки, — Юля потянулась к дочке, а та перекочевала на руки к ней. Я встал со стула и поцеловал Юлю в губы, стараясь хоть так подбодрить её. Страх в больших синих глазах никуда не делся.

— Я здесь, — шепнул я ей, мотнув головой в сторону прихожей.

Юля понимающе кивнула.

Спустя два гудка Камаз ответил:

— Да, Лёха.

— Занят? Дело есть.

— Наслаждаюсь эффектом утреннего кофе.

— Приятного.

— Сру я. Приятного, — усмехнулся Камаз.

— С облегчением тогда.

— Ага. Что за дело-то? Говори, пока я на троне великого мыслителя и мои девчонки не выломали дверь.

Я кратко изложил происходящее, подытожив тем, что только что под окнами догорела Юлькина машина.

— Только что, говоришь? — протянул Камаз задумчиво. — В принципе, сейчас твоя, по логике вещей, должна начать косячить из чувства страха. Была угроза, исполнена в действии… По идее, твоя должна начать бегать в поиске денег. Он же только этого и ждёт.

— В смысле? Как косячить?

— Свалить из квартиры, поехать в банк за кредитом или по родственникам за деньгами… Да какую угодно хрень, Лёх. Сейчас время для паники.