Только присутствует ощущение того, что моё сердце сейчас выскочит из груди.

– Лучше отпустите меня, кретины! Даю вам последний шанс!

Они заржали. Судя по звукам и эху, мы поднимались по ступенькам. Значит, мы в поезде. Интересно, что будет, если громко закричать?

– Вы даже не знаете, на что подписались, тронув меня. Вы знаете, кто мой отчим?!

– Заткнись. Ещё раз пикнешь, твой рот познакомиться с моим кулаком!

Щёлкнул замок, скрипнула дверь. Теперь я услышала незнакомые голоса и музыку – тяжёлый рэп. В горле защипало от отвратительного, удушающего запаха дыма. Здесь находится невыносимо! Даже мешок не спасет от вони.

– А вот и мы! Кто тут шлюху заказывал?

Меня грубо бросили на что-то твёрдое, после чего сорвали с головы мешок. Яркий свет прожекторов ударил в глаза, заставляя прикрыть их руками.

– Надо же! Кого я вижу! Как вам это удалось?

Услышала этот голос, меня затошнило. Глаза привыкли к свету, я увидела тяжёлые ботинки военного образца, которые расхаживали в метре от меня. Подняла голову выше. Напротив меня стоял Герман, зажав между пальцами дымящийся бычок.

Мерзавец…

Он был обнажён по пояс. Худой, с белой кожей, которая обтягивала его тощие кости, делая его похожим на анорексичную свинью."

"Герман присел на корточки и растянул на своих тонких, потрескавшихся губах, отвратительную улыбку. Его зрачки опять были расширены на всю радужку. Вот почему в комнате такая ужасная вонь. Я обвела взглядом незнакомое помещение и увидела на столе пакеты, набитые травой.

Помимо шумных, грубых голосов, здесь гремела музыка. Повсюду были установлены камеры, а впереди большая плазма, на которой уже шёл стрим.

– Ника, Ника, Ника, – он поймал меня за волосы, грубо подтащил к себе.

– Пусти, – зарычала, пытаясь его или боднуть, или хотя бы укусить.

Сделал затяжку и выдул мне в лицо вонючую гарь, от которой я закашлялась и едва не потеряла сознание.

– Ты как раз во время! У нас тут вечеринка начинается! Мы уже в прямом эфире. Как ты думаешь, что мы сегодня будем делать?

– Жарить сочную курочку! – выкрикнул кто-то из толпы отморозков.

Один бугай из свиты Германа радостно присвистнул, подвигав бёдрами вперёд и назад, его собрат постучал кулаком по ладони. Они расхохотались.

Герман потянулся к ширинке, чтобы дёрнуть молнию. Там уже топорщился бугор.

– Сначала отсосёшь.

– Ты совершаешь большую ошибку… – упираясь. Паника начала выбивать из меня шок и дрожь.

– Да неужели? – сжал волосы так сильно, что корни затрещали.

– Зачем ты это делаешь? В чём я виновата?!

Пожал плечами.

– В том, что ты выбрала не того парня. Посмела МНЕ отказать. Унизила на камеру. Неужели не доперло?

– Я…

– Довольно! Хочу, чтобы Адом сдох! Морально! Физически не получилось, но я уничтожу его внутри.