Интересно, он до самой смерти своей или моей планировал это скрывать? Почему же не рассказал?

– Адам, мы тебя уже навещали, но ты спал. Возле тебя Вилена крутилась, обещала присматривать. Потом меня по делам срочно вырвали… Как ты, сын?

– Сын? – переспрашиваю.

– Да, а что?

– Я знаю всё. Подслушал ваш с Ксенией разговор, перед тем, как она тебе минет сделала.

Видели бы вы их лица. Ха!

Не ну реально, я ведь сказал, что скоро буду! Хоть бы дверь на замок закрыли в комнате, раз уж так невтерпеж было почебурекаться. А то со стороны выглядит как неуважение. И кто из нас ещё распоясавшаяся молодежь? им уже давно за сорок, ведут себя как подростки.

– Так, ясно, чёрт… То есть ты это услышал и сбежал?

– Ой… Наверно мы выйдем с Никой. Не будем мешать, нам тоже нужно поговорить.

Я не хотел отпускать от себя Нику ни на шаг, ни на минуту, так как неистово сильно соскучился и был рад, что она меня простила. Я не мог ей насладиться. Упивался ей в захлёб, пытаясь наверстать то, что упустил.

Сейчас я просто кайфовал, наслаждаясь её объятиями, её лаской и особенно поцелуями, когда она мягко целовала меня в те места, где болело.

Не понимаю, как я мог быть таким кретином, не рассмотрел в ней раньше её светлую душу, которая меня так колоссально изменила? То, каким я стал сейчас, всё благодаря этой девчонке с добрым сердцем.

Ника с Ксенией вышли, я остался один на один с отцом. Сначала мы молчали, глядя друг на друга. Отец думал, я заговорю первым, а я думал – он. Забавно. В итоге, вздохнув, произнесли в унисон:

– Значит…

Усмехнулись.

Минуточку!

А Юрий точно не мой биологический отец?

Или это мы так просто… переобщались за столько лет, что стали что-то поневоле копировать. Действия, даже фразы.

– Рассказывай, как так вышло и почему ты скрывал это от меня.

– У нас с Еленой долго не получалось… Я в детский дом с визитом однажды приехал, тебя, карапуза, увидел там, что-то в груди всё сжалось и заныло. Я понял, ты – моя судьба. Не знаю, что меня толкнуло взять тебя в нашу семью и воспитать как родного! Но я сам не понял… Словно сила невидимая всё за меня решила. То чувство, когда ты раз на что-то посмотрел, и за секунду понял – это оно. Твоё.

Да, я его прекрасно понимаю. У меня же так с Никой было, когда я её возле светофора увидел. Потом отмахнулся от своего внутреннего голоса, потому что хотел делать всё наперекор отцу.

Нервно мну пальцы рук.

Гнев куда-то исчезает после слов отца.

Я увидел его глаза… Когда он рассказывал о том, как увидел меня в детском доме. Во мне тоже что-то изменилось. Растрогал его рассказ, что ли. Я вдруг понял, что я хочу забрать все свои неприятные слова, сказанные когда-либо Юрию, обратно.

– Так почему не сказал?

– Не знаю… Много раз пытался, но не знал, как ты отреагируешь. Мы и так не гладко общались.